...но так только казалось, да и то не всем. Зоркий, проницательные взгляд мог бы безошибочно выхватить из толпы несколько человек, объединенных показушным спокойствием, скрытой неуверенностью, чрезмерным любопытством и чем-то еще, свойственным исключительно чужакам. От этих людей исходили даже волны легкой и какой-то наивной агрессивности, что объяснялось, видимо, подсознательной боязнью совершить оплошность и попасть впросак. Желание наперед защититься от возможных конфузов имело ту же природу, что и бесхитростное желание деревенщины не оказаться побитым горожанами. Впрочем, подоплека всех этих чувств таилась где-то в глубинах психики, а на поверхности, то есть на лицах, блуждали улыбки, моргали глаза и шевелились губы, пытаясь прочесть непонятные надписи...
— Смотрите, — кивнул Женя на витрину магазина.
За стеклом на полках красовались магнитофоны, телевизоры, видики, видеокамеры. Внутри магазина виднелись стеллажи, и там тоже было полно всякой электронной всячины. От такого изобилия темнело в глазах и кружилась голова. Вот-вот, казалось, сбежится народ, образуется длиннющая очередь, и через час полки опустеют.
Народ, однако, на витрину не реагировал. Только мы, опять скучившись, низали взглядами вожделенную «аппаратуру». Аннушка, отойдя в сторону, терпеливо ждала.
— Ладно, пошли, — буркнул шеф. — Успеем еще.
Мы неохотно потянулись за шефом. Хотелось еще посмотреть, перебрать варианты и, быть может, на что-то решиться. Из того, что имелось на полках, можно было наметить вполне приличный набор. С учетом полученных суточных... без особых претензий на шик...
— Ну скоро вы? — шеф обернулся. — Кто там застрял? Поторопите его!
Находясь во власти волнующих грез, слегка омраченных холодной цифирью, мы заторможенно оглянулись.
У витрины «застрял» кто-то из наших. Уткнувшись носом в стекло и сложив за спиной руки, рыцарь Печали, похоже, забылся в мечтах.
— Эй! Догоняй!
Печальная фигура шевельнулась. Не став дожидаться, мы двинулись дальше, как вдруг...
Осенило всех сразу, и мы обернулись, страшась убедиться в действительном сходстве.
Фигура исчезла!
Мы обомлели. Мираж? Галлюцинация? Коллективный бред?
— Что вы там топчетесь? — откуда-то издали донесся голос шефа. — Давайте быстрее!
Но мы не двигались с места. Ведь тот, кого мы видели, был нашим дражайшим шефом!
— Это, наверное, от киви, — произнес, наконец, Валентин, потрогав себя за живот. — Я их сегодня много скушал.
Объяснение казалось наивным, но другого не было. Может, и впрямь редкие фрукты оказали на нас такое воздействие?
Шеф (который был во плоти) уже, похоже, серчал. Аннушка вежливо улыбалась.
— Давайте пойдем, — предложил Володя. — А то и этот исчезнет.
Мы осторожно приблизились.
— Вы!.. — шеф запнулся и злобно зашипел: — Как бараны уставились на эту витрину! Я же сказал, что успеем, а вы...
Аннушка, склонив голову, с интересом прислушивалась.
— Борис Николаевич, — тихо произнес Анатолий. — А кого вы имели в виду, когда просили его поторопить?
— Кого, кого, — недовольно пробурчал шеф. — Откуда я знаю? Вы там все одинаковыми дураками выглядели!
Переглянувшись, мы промолчали.
Вскоре Аннушка вывела нас к реке, потом завела в парк и, указав дорогу к отелю, сказала, что хотела бы пойти домой. Мы не возражали.
Естественно, мы обсуждали инцидент у витрины. Высказывали предположения, строили догадки, но все это — втайне от шефа. Стоило ему приблизиться, как мы тут же умолкали или переводили разговор на другую тему. В конце концов, Борис Николаевич не на шутку встревожился. По его глазам было видно, что он подозревает чуть ли не всеобщий бойкот.
Человек, оказавшись в безвыходной ситуации, хватается за соломинку. Шеф, не понимая, в чем причина настороженного к нему отношения, вознамерился заиметь союзника. Выбор пал на Алексея. Взяв Лешу за руку, Борис Николаевич увел его по аллее парка вперед. О чем они говорили, мы не слышали, но по плавной жестикуляции одного и скованной походке другого догадывались, что разговор не клеится.
В парке было множество передвижных торговых лотков, где предлагались всевозможные деликатесы: баночное пиво, лимонад, кока-кола, пицца, мороженое, конфеты, хрустящий картофель и, конечно, фрукты.
Шеф, оставив Лешу в покое, взялся за Валентина. Как-то так получилось, что они, оторвавшись от остальных, оказались вдвоем у лотка. Мы видели, как шеф, достав деньги, купил две банки пива, одну из которых отдал Вальку. Тот расцвел, ловко вскрыл банку и, воткнув в нее соломинку для коктейля, с блаженным видом присосался к кончику. Борис Николаевич, приобняв любителя пива за талию, увлек его на свободную лавочку.