- Да, все так, дядя Арти, - кивает Барти.
- Сейчас я лейтенант Громов, - покачал головой лейтенант. – То, что мы с твоим отцом хорошие друзья, и ты чуть ли не рос на моих глазах, не сделает тебе поблажек. Я все же обещал Якобу приглядывать за тобой.
- Да, да, да, я помню, - закатил он глаза.
Артегос же посмотрел на второго молодого человека.
Он помнил этого гибрида, которого недавно спас из убежища сектантов, но даже и не подумал тогда, что это и есть тот самый сын Якоба. Вот же, как судьба неожиданно подкинула сюрприз. И ведь похож на того ребенка с фотографии и, судя по данным с браслета, он действительно тот самый.
«Все же хорошо, что я не дал Базилю убить его», - покачал он головой.
Якоб точно не будет рад гибели сына, ради которого он уже больше двадцати лет ищет путь домой. Вот он обрадуется, когда вернется.
Сейчас Макс или как написано в его документах Максвелл Уиллоу, сидел рядом со своим братом и мрачно смотрел в пол. Он выглядел очень напряженным, и в нем прямо кипела злость. Как бы он не натворил глупостей, будучи на эмоциях.
Дверь в кабинет открылась и в нее вошел Сержант Юстас.
Молодой стражник отдал честь и встал по стойке смирно.
- Сэр, мы допросили подозреваемых, - сказал он. – Их наняли убитые, чтобы захватить братьев Уиллоу. Они не знали зачем, но им обещали большие деньги. К месту передачи уже отправились несколько наших людей и как найдут что-то доложат. По словам допрашиваемых, их было трое, но последнего пока найти не удалось.
- Хорошая работа. Полный отчет мне на стол.
- Так точно, сэр! – отдал честь Юстас, а после покинул кабинет.
- Что же, ваши показания подтвердились, - кивнул лейтенант. – Фоторобот последнего уже рисуют и скоро его также поймают, а затем вы будете в безопасности…
Дверь снова открылась, но теперь без стука и в наглую с ноги.
- Привет всем, а чего вы такие хмурые? – с веселой улыбкой спросил Базиль.
- Уходить с места преступления не очень хорошая вещь, Оуги, - мрачно сказал Артегос. – У тебя тоже показания нужно снять.
- Ой да ладно тебе, это же дико скучно, - махнул он рукой. – Мы кстати притащили последнего, ну или то, что от него осталось.
На плече Гаскара висело тело в знакомой черной одежде.
- Вот только гад самовыпилился, когда мы его поймали, - покачал головой охотник. – Яд в зубе. Похоже, у них приказ живыми не попадаться.
Человек был мертв, судя по лицу и пене изо рта, он действительно умер от яда, патологоанатом скажет точнее, но Оуги нет смысла лгать. Он придурок и самоуверенный осел, но не лжец и бандитов не покрывает. Слишком честный, да и о репутации семьи и своей мамы печется.
- Отлично, у нас фанатики, - застонал Громов. – А я ведь только обрадовался, что от сектантов избавились.
Придется снова поднимать это дело.
Похоже, сектанты успели запросить помощь или им зачем-то нужны были гибриды, которых удалось сделать тогда. Стоит послать людей и проконтролировать, как там остальные меченые, которых удалось вытащить из лаборатории. Кажется, еще двоих оттуда вытащили. Надо проверить.
А еще Инквизиция нагрянуть может. Нет, Артегос не против работать с ними – идиотов туда не брали, а лишние руки и толковые головы всегда будут кстати… Но из-за всей этой катавасии с культом, перехваченным без их участия, и демоном, бегающим по лесам, местному отделению устроили головоломойку и… направили сюда Бернштейна. Долбанного мозгоплета. В его город. А теперь выходит, что с ним еще и общаться придется лично.
Его ждал крайне дерьмовый месяц. Остается надеяться, что только один.
- Что будем делать? – спросил Барти.
- За вами присмотрят некоторое время мои люди, - сказал Артегос. – Можете идти. А ты, Базиль, пиши отчет.
- А может потом? – застонал скиталец. – Мне домой надо.
- Мама расстроится, если будешь гулять допоздна, - усмехнулся Барти, чем заработал злобный взгляд от Оуги.
- Так, вы двое, - посмотрел Гром на братьев Уиллоу, - домой, а ты, Базиль, пиши. Сам влез, так что имей совесть заканчивать работу.
- Вот поэтому я и не пошел в стражники. Вы все дикие зануды.
Молодежь покинула его кабинет, а сам лейтенант приступил к своей работе…
***
Добравшись до дома, куда нас проводила пара стражников, мы вползли внутрь жилья и развалились в креслах. Это был просто отвратительный вечер.
Нас едва не убили…
«И вновь я ничего не смог сделать», - заскрежетал я зубами.
Как и тогда в камере, когда тот жирный урод едва не забил меня до смерти, так и сейчас я оказался полностью беспомощен против такого человека с развитыми способностями. Я мог лишь беспомощно дрыгаться, когда меня убивали и если бы не Базиль, которому я теперь жизнь обязан, мы бы были мертвы или похищены.