— А вот это уже интересный подход, — усмехнулся рыжеволосый, но в голосе звучала зависть, скрытая за маской остроумия. — Ты не боишься? Даже с учётом того, что если вдруг кто-то из нас не вернётся, это будет на твоей совести?
Еле сдержала порыв прикрыть лицо рукой или закатить глаза. Если разговор с Лираном и повлиял на неугомонную проблему восьмого отряда, то надолго усмирить парня не получилось. Это была очередная ловушка, но я не могла позволить ему завести разговор в эту сторону и втянуть в очередную ссору весь наш коллектив. Внутренние проблемы должны решаться отдельно, а значит мне предстоит тяжёлый разговор с излишне распоясавшимся Райдером.
— Если ты так волнуешься за свою жизнь, может, лучше остаться здесь? — отрезала с иронией, решив перевести тему в другое русло.
— О, как ты остроумна! — он бросил мне такой же колкий взгляд, как и всегда, но на этот раз мне это показалось странным. В его глазах мелькнуло что-то, что напоминало уязвимость и беспокойство. — Знаешь, как бы ты не старалась, я всё равно знаю, что за тобой тянется шлейф твоего мёртвого брата. Тебе от этого не отделаться.
Я чувствовала, как на меня накатывает волна ярости, но старалась не поддаваться эмоциям. Вместо этого, я решила сосредоточиться на задаче. Парень казался уже невыносимым, даже напомнил о брате и всеми силами старался меня уколоть посильнее. Неужели понабрался скверности от Гризельды? Она такая же ядовитая и мерзкая, каким сейчас предстал передо мной Рай.
Каждое слово пропитано сарказмом, завистью и непонятной обидой, с которой я не в силах что-либо поделать. Создавалось впечатление, что Райдер успел придумать причину для обиды на меня и продолжает её держать глубоко внутри себя. Цепляется за неё, как утопленник за тростинку, словно та способна спасти его жалкую жизнь и возвысить над другими. Друг моего заместителя безвозвратно менялся в худшую сторону.
— У нас нет времени на споры и выяснения отношений, нас с тобой итак ждёт долгий разговор, — холодно чеканю каждое слово, смотря мрачным взглядом на рыжеволосого. — Сейчас мы должны проверить, кто из нас заражён. Это самое главное, и не потерплю дальнейшие возражения с твоей стороны. Ты меня услышал?
Как только я произнесла эти слова, непозволительно близко со мной нарисовался Джералд, игриво вертящий на указательном пальце медальон. Его уверенность была в контрасте с напряжением, которое охватило всю группу. Даже Гризельда предпочла промолчать и не вмешиваться в наши разногласия, хоть и метала странные взгляды в нашу сторону.
— Все готовы? — спросил беловолосый, улыбаясь, будто мы собрались на прогулку, а не на проверку заражённых.
— Да. Тогда делимся на группы.
Мы разделились по парам и, согласуясь между собой, каждый из нас направлялся к своим зонам. К счастью и моему спокойствию, всё прошло без происшествий и разногласий. Я осталась с Лорианой, и в её глазах читалось то же беспокойство, что и у меня. Мы решили работать вместе, чтобы поддерживать друг друга и не упустить ничего важного.
Хильтона Потемневшие здания, некогда гордившиеся своей архитектурной красотой, теперь выглядели как мрачные стражи заброшенной эпохи. Их стены, облупленные и потрескавшиеся, словно впитали всю печаль и страдания, что пронесли через себя жители.
По мере продвижения вглубь, мрак Хильтона обвивал нас, как тяжелый плащ, приносящий с собой запах гнили и отчаяния. Каждый шорох казался предупреждением, каждый шаг — мучительной пыткой. Я обратила внимание на то, как Лориана старалась не показывать своего страха, но в её взгляде скрывалась не только сила, но и уязвимость.
Потемневшие здания, некогда гордившиеся своей архитектурной красотой, теперь выглядели как мрачные стражи заброшенной эпохи. Их стены, облупленные и потрескавшиеся, словно впитали всю печаль и страдания, что пронесли через себя жители, вызывая тревогу и напряжение. Никто из населения даже не пытался улучшить условия своего проживания, несмотря на все потраченные старания магов дать им возможность жить нормально.
Крыши некоторых домов покосились и провалились, обнажая зловещие тени, в которых прятались призраки былого. Тяжелые занавески висели на окнах, как покровы, затягивающие печаль внутрь. Ветер завывал между улицами, унося с собой обрывки старых газет и мусор, который неприятно прилипал к ногам, как напоминание о том, что здесь когда-то была жизнь и процветание.
Сквозь серый туман, опустившийся на город после недавнего дождя, можно было увидеть темные силуэты людей. Они стояли у своих дверей, словно тени, лишенные всякой надежды. У некоторых были покалеченные руки, у других — затуманенные взгляды. Их лица были бледными и истощенными, с глубокими морщинами, словно каждый вздох вытаскивал из них последние силы. Всё стало хуже с последнего обхода жителей…