— Мизерными познаниями мира? — скептически вскидываю бровь и криво усмехаюсь, смотря на парня как на ребёнка. — Если из нас кто-то и не знает о строении Шаэлиона, то это точно не я. Я неоднократно сталкивалась с разумными искажёнными в бою и выходила победителем. Видела смерти своих товарищей и лично убила младшего брата, превратившегося в высокорангового, а после собственноручно сожгла Хильтон, который потерпел крах в результате моего недосмотра. Ложная вера? Не хочу тебя разочаровывать, но моя вера сдохла ещё утром пару дней назад при последней миссии восьмого отряда, лишившегося пятого члена слаженной команды. Не стоит делать вид, что ты знаешь больше меня и понимаешь настоящие обстоятельства боя. Рано или поздно жизнь хорошенько испытает тебя и неоднократно окунёт с головой в пучину хаоса и отчаяния. Потому учись на ошибках и не бойся признавать их, пока ещё есть время.
— Раэльдана, — из тени выступил Джералд, следивший за нами с отрешённым выражением лица. — Полагаю, ты сможешь позже показать, как ставить таких дерзких на место. А сейчас — ректор Дарвуда хочет видеть тебя и твой отряд у себя. Он решил, что вы готовы и не растеряли боевой дух, чтобы вернуться к своим обязанностям.
Я только кивнула, стараясь сдержать внутреннее раздражение, и повернулась к своему отряду. Клинт изрядно потрепал нервы своими глупыми обвинениями и попытками показать его превосходство, но стоит об этом забыть. Предстоящий разговор с ректором намного важнее и серьёзнее всяких перепалок с новичками. Если уж сам Джералд стал серьёзным и забыл о чёрном юморе и своих дурацких шутках, то дело на самом деле не из простых и нам следует хорошенько подготовиться.
Глава 11
Переглянувшись со своими друзьями и верными товарищами, почувствовавшими перемены в моём настроении, дала им знак, что нам пора уходить. Капитан девяносто шестого отряда в свою очередь поговорил с Кайро и нас отпустили без лишних вопросов, словно всё так и задумывалось с самого начала занятия. Наставник выглядел отстранённым, но напряжённым. Я хорошо запомнила его последний брошенный на меня взгляд — полный сомнений и опасений, но он быстро потерял интерес к моей скромной персоне и отпустил ещё несколько группы на отдых.
Перед нами покинуло зал около десяти человек, что показалось очень странным и настораживающим. Среди них был и Клинт, до последнего не желающий признавать своё поражение и оставлять меня в покое. Я проводила его подозрительным взглядом, не понимая причины его ликования и злорадства. Парень остановился и посмотрел на меня как победитель. В очередной раз досадно поморщилась и прикрыла глаза, беря эмоции под контроль.
Резкая перемена во мнении ректора касательно восьмого отряда тоже вызывала вопросы и напрягала. По лицу беловолосого мага нельзя было прочесть нужные ответы, чтобы успокоиться. Джералд словно ушёл глубоко в свои мысли, но не забывал сохранять маску шута, чтобы вызывать раздражение у окружения. Поравнявшись со мной, он озорно подмигнул и отправился вперёд, не сомневаясь, что последуем за ним.
Мы двигались по коридорам академии и ожидали худшего, даже не переговариваясь между собой. Залы, гулкие и величественные, заставляли чувствовать себя неуютно — тут всё говорило о власти и силе, даже стены. Но всё говорило, что академии созданы не для развлечения и отнюдь не для демонстрации собственного статуса и дальнейшей карьеры в будущем, как было в прежние времена. Сейчас здесь тренировали и воспитывали боевых магов, которых отправляли на опасные миссии с возможным летальным исходом при малейшей ошибке в противостоянии новой угрозе Шаэлиона. Опасность могла поджидать на каждом шагу, а мы должны быть готовыми к любым сюрпризам. Иначе одно необдуманное действие повлечёт за собой расплату как минимум в одну жизнь.
Мой отряд шагал за мной, и я чувствовала их напряжение. Слова новичка оставили неприятный след. Я знала, что на этот раз должна показать всем, на что способен восьмой отряд и что мы не просто так сражались последние несколько лет. Наши старания должны окупиться и показать напыщенным лицемерам, что мы уже опытные и достойные маги, а не досадное недоразумение, отправленное в Зельвес по случайным обстоятельствам или из жалости.
Двери в кабинет ректора распахнулись, и мы вошли в просторный зал, где всё подчёркивало силу и строгость альма-матер. Массивные книжные шкафы с потемневшими от времени древними топами, металлические украшения на стенах, полы из тёмного дерева — комната словно излучала холодную энергетику и показывала твёрдость характера хозяина кабинета.