В добавок ко всему, Джералд непрозрачно намекнул, что у мерзавца особые связи и доверие перед другими, потому его слово даже без доказательств будет весомее моего. Отвратительнее всего факт бунта магии Рая, которая словно намеренно пыталась зацепить каждого из отряда. Мы не сможем опровергнуть обвинения, если руководство зайдёт с этой стороны с подачи Клинта. Верхушка без проблем может считать наши воспоминания и увидит очевидное, что только подтвердит и усилит подозрения, касательно нашего друга.
С другой стороны, зачем предателю подставляться настолько очевидно во время миссии, когда ему был дан шанс доказать свою невиновность и полезность? Нужно быть сумасшедшим, потерявшим последние капли здравого рассудка и чувства самосохранения, чтобы не затаиться на время и отвести от себя подозрения. Кому захочется умирать, даже когда дело крайней важности, а на другой чаще весов стоит собственная жизнь? Тут скорее осторожность не помешает и действия, которые доказали бы окружению ложность слухов.
Станет ли руководство думать в этом направлении? Или наш мир прогнил даже изнутри настолько, что уже будут казнить любого без суда и следствия? Дело касается предателя и одного из бойцов с искажёнными, должны же они хорошенько взвесить все факты и не состыковки?..
Улицы Зельвеса были безлюдны, и только редкие патрули стражников в чёрных одеяниях пересекали наш путь. Свет магических фонарей падал на гладкий каменный тротуар, отражая слабое, мрачное сияние. Казалось, весь город затаил дыхание, чувствуя, что в воздухе витает нечто, чего нельзя назвать просто тревогой.
Я вела отряд к залу совета, стараясь держаться прямо, но ощущение чужого взгляда не покидало меня. Это была не паранойя. Мы только что вернулись из миссии, и теперь каждая мелочь вела к подозрению. Каждый звук, каждый шёпот казались угрозой. Я знала, что многие ждут от нас отчёта, и понимала: то, что мы скажем, определит не только наше будущее, но и то, как к нам будут относиться остальные.
Лориана шла рядом, её шаги были чуть тяжёлыми, как будто каждое движение требовало усилия. Она по-прежнему молчала, но её глаза говорили больше, чем слова. Там была усталость, страх и что-то ещё — слабый отблеск решимости. Блондинка не готова потерять второго знакомого человека за столь короткий срок. Девушка не успела оправиться от гибели жениха, а теперь на кону стоит жизнь товарища, к которому каждый из нас привык и успел привязаться.
Лиран шагал чуть впереди, его спина была напряжена. Даже не видя его лица, я знала, что он готов ко всему. Это был его способ справляться с ситуацией: всегда быть начеку, всегда ждать худшего.
Клинт держался чуть позади, как всегда сохранявший невозмутимость. В его глазах читалось лёгкое любопытство, словно он наблюдал за нами не как за командой, а как за объектами исследования. Иногда он напевал себе под нос какой-то мотив, и этот звук, тихий, едва различимый, действовал на нервы.
Райдер замыкал молчаливую процессию. Он не сказал ни слова с тех пор, как мы вошли в город, и я не знала, что больше мучает его: вина за нестабильность магии или осознание, что мы все чувствовали её последствия. Джералд нас временно оставил — он должен был первым сообщить результаты своих наблюдений.
Когда мы приблизились к залу совета в академии, два стражника на входе окинули нас внимательными взглядами. Один из них шагнул вперёд, останавливая меня и окидывая цепким взглядом.
— Отряд капитана Раэльданы Лорэс? — спросил он, его голос звучал глухо под металлической маской шлема.
— Да, — ответила я, стараясь говорить спокойно. — Мы прибыли с отчётом.
Он кивнул и жестом указал на дверь. Магический механизм мягко заскрипел, открывая нам доступ внутрь. Тепло и свет зала совета резко контрастировали с мраком улиц, но это не было уютным местом. Каждый уголок этого зала казался наполненным скрытой угрозой.
Напоследок обвела товарищей взглядом, и мы шагнули внутрь. Тяжёлые двери закрылись за нами с громким гулом. В центре зала нас ждали представители командования во главе с Тагаром. Широкая фигура ректора возвышалась над остальными, и его проницательные серые глаза тут же остановились на мне. Я почувствовала, как этот взгляд прожигает, изучает, ищет слабости. Затем глава альма-матер обвёл каждого из моего отряда, уделив особое внимание Клинту.