Через некоторое время, я смог установить, что переговоры либо не велись, либо, что менее вероятно, провалились. Данный факт удалось установить по косвенным факторам. Конечно, я не мог прослушать переговоры между союзниками, если они велись не через мой космический лифт. Зато я вполне мог контролировать переговоры между владельцами судов и пилотами шахтерских барж. Именно по ним стало понятно, что «акцию возмездия» союзник будет проводить без поддержки со стороны других участников альянса.
Были перехвачены переговоры с капитанами девяти кораблей. Из них следовало, что данной флотилии поставлена следующая боевая задача. Выдвинуться двумя группами в район предполагаемого нахождения судов противника, ведущих незаконную добычу ресурсов. Первой группе, в составе двух шахтерских барж, обнаружить судно противника и инициировать локальный конфликт. После победы, начать, неспешно буксировать захваченное судно в сторону баржи, ожидая «спасателей».
По прибытию в район «спасателей», в количестве от двух до четырех барж противника, вступить с ними в бой. В это время вторая группа из семи оставшихся кораблей должна захлопнуть ловушку, атаковав отряд помощников. После боя все корабли вместе с трофеями должны выдвинуться в сторону базы.
Что тут сказать? С одной стороны, план моего союзника неплох. В случае успеха он обещает ему очень хорошую прибыль. Тут ведь как, одно дело, если ситуация разрешилась миром. В этом случае, нарушителю будут просто начислены штрафы, а конфликт будет считаться исчерпанным. И совсем другое дело, если дошло до стрельбы и локального конфликта. Тогда судно противника вполне возможно объявить своим призом. Соответственно победителю, почти бесплатно, достанется лишнее шахтерское судно, а противник получает приличную дыру в своем бюджете.
Вот и получается, что мой союзник в данный момент руководствуется своей алчностью. Он не хочет проводить совместную операцию, ведь в этом случае результатами победы придется делиться. Вот только совершенно не факт, что он сможет победить. Слишком неправильным мне кажется начало этого конфликта. Тут невольно задаешься вопросом, почему пилот ПРС 18 выразил свое отношение к конкурентам в столь экспрессивной форме. Да, это могло быть его частной инициативой, но с той же вероятностью это могла быть попытка спровоцировать противника на скорую необдуманную месть.
Если расчет был именно на это, то противник наверняка понимал, что группа мстителей большой не будет, следовательно, не составит труда заманить ее в засаду. В этом случае уже противник может заполучить группу трофейных кораблей, а этого мне допускать крайне нежелательно, тем более что в случае провала нынешней операции, союзник потеряет не один – два корабля, что приемлемо, а почти десяток судов. Мало того, эти девять потерянных судов, после ремонта, смогут начать работать на экономику союза двенадцати.
Потому предо мной стояла задача, при необходимости, быстро вмешаться в конфликт, но если нужды в моем участии не будет, желательно, чтобы подготовку к бою с моей стороны никто не обнаружил. Мне упорно не хотелось преждевременно ставить кого-то в известность о наличии у меня на базе космических истребителей. Ведь именно с их помощью я планировал провести одну маленькую победоносную войну.
Мне всего-то и нужно было, чтобы союзники официально обратились ко мне за помощью, требуя принять меры, против распоясавшихся конкурентов. Тогда я отправил бы на зачистку и патрулирование зоны астероидных полей боевые корабли. После этого, шахтерские суда противника, копающие в закрытых зонах, стали бы уже моей законной добычей. Естественно, что пользоваться ими, нарушая соглашение с союзниками о моем неучастии в разработке астероидных скоплений собственными кораблями, я не стал. Вместо этого был бы проведен маленький аукцион, на котором корабли мог купить любой желающий, обеспечив мне не только доход, но и вполне возможно нового игрока, повязанного со мною общими экономическими интересами.
Последнее стало бы возможным в том случае, если по итогам аукциона корабль достался кому-либо из нейтралов, что возможно учитывая то, что аукцион шел не на повышение, а на понижение цены предлагаемых лотов. В этом случае, теоретически, судно можно было выкупить и за один кредит. Вот только, поскольку в торгах будут участвовать, в том числе, непримиримые противники и множество сторонних участников, включая не только владельцев баз, но и гражданских лиц, я сильно сомневаюсь, что кому-то удастся дождаться столь низкой цены…