— Нет, — сказал Флеминг. — Я получил все, что мне нужно, спасибо.
— В таком случае, — сказал сэр Оскар, беря в руки свою шелковую шляпу и красиво свернутый зонтик, — я уезжаю.
На следующее утро в деревне было много поводов для разговоров. Это было воскресенье, и к тому же хорошее воскресенье. Период хорошей погоды длился вот уже почти три недели, и теперь, когда грозовой фронт ушел на северо-восток, казалось, будто не произойдет никаких скорых изменений в этой цепочке ярких солнечных дней. Обычные группы сплетников стояли на деревенской улице, отдыхая и обмениваясь последними интересными новостями. А таких было несколько.
В первую очередь, молодой мастер Роберт обручился с мисс Мандулян из поместья. Да, так скоро после смерти бедного мистера Перитона, и все думали, что она наверняка была помолвлена с бедным мистером Перитоном. Интересно, что на это сказал викарий, когда услышал эту новость? Ведь священник всегда так ценил мисс Мандулян, и она была смелой и современной женщиной. Миссис Кители знала, что только в прошлую субботу — то есть всего восемь дней назад — мисс Мандулян разорвала свою помолвку с бедным мистером Перитоном или, во всяком случае, поссорилась с ним, и вот она устраивает помолвку с мастером Робертом, хотя еще не прошло и недели после смерти мистера Перитона. Это было неправильно. Можно сказать что угодно, но это было неправильно, это было не по-христиански. Но ведь эти Мандуляны не совсем те, кого называют христианами. Они были иностранцами, и когда речь заходит об иностранцах, никогда нельзя сказать, что они еще могут сделать. Они понятия не имеют о порядочности. В этом сложность общения с ними. Мастеру Роберту не стоило приходить и рассказывать об этом капитану Карью и еще паре человек в «Тише воды» в субботу вечером. Он мог догадаться, что новость разойдется по деревне в кратчайшие сроки. И так далее, и тому подобное о Роберте Маколее и Дидо Мандулян.
Следующая новость: молодой человек по имени Оксенхэм, работающий штукатуром днем и старшим бойскаутом по вечерам, видел старого мистера Маколея (впрочем, не то чтобы он был так уж стар), идущего в Садок, взявшись за руки с миссис Коллис. Они были леди и джентльмен, настоящие леди и джентльмен, и если бы они поженились, каждый был бы рад.
Далее — Билл Уоткин, почтальон, был отослан для помощи в Пондовер. Это означало, что начальство наблюдает за Биллом. Умный парень, Билл. Он далеко пойдет, и эта временная работа в Пондовере может быть как раз тем шансом, который он искал. Было замечательно, что те, кто стоит во главе таких организаций, как почтовое отделение, всегда следят за такими умными парнями, как Билл Уоткин.
И, наконец, ходил тревожный слух, что убийца в конце концов избежит наказания. Это был сущий стыд и позор, и полицейские вели себя отвратительно. Никому незнакомый человек приезжает в тихую, нравственную и богобоязненную деревню, такую, как Килби-Сент-Бенедикт, убивает одного из мелких аристократов — и ему позволяют уйти. Да, в сельском лексиконе не находилось слов, чтобы оправдать такое позорное решение суда. Это могло быть объяснено только грубым подкупом и коррупцией, вещами, на которые всегда намекали воскресные газеты — те воскресные газеты, которые, как говорится, просочились в Килби. Было попросту бессмысленно говорить, что против него не было улик. Поначалу судьи считали, что он сделал это — иначе они бы не задержали его на неделю, и полицейские должны были считать, что он сделал это — иначе они вообще не арестовали бы его. А если это был не он, чужак, единственный чужак, который находился в деревне за несколько последних недель, то кто же еще это мог быть, и так далее, и тому подобное…
Во всяком случае, было много тем для разговоров, и местные сплетники могли в полной мере отдать им должное, особенно после того, как закончилась утренняя служба и открылись бары.
В 10.23 дежурный Флеминга на телефонной станции в Килби, заменяющий Билла Уоткина, позвонил в «Тише воды» и сообщил, что в 10.20 Роберт Маколей звонил в поместье и рассказал Мандуляну о том, что Лоуренса освобождают. Мандулян просто ответил: «Не говорите об этом по телефону, приходите увидеться со мной».
В 10.55 один из дежурных в Перротс сообщил, что Роберт Маколей покинул Перротс в 10.25 и добрался до поместья в 10.40.
Флеминг потер руки, когда ему сообщили эту новость.
— Они вырабатывают небольшой план, Мэйтленд, — сказал он. — Они вырабатывают его между собой.
Впервые с тех пор, как было начато дело, сержант Мэйтленд выразил некоторое удивление.