— Пропустите его, — приказываю страже, и та отступает на шаг, всё ещё готовая защищать свою принцессу. — Я слушаю вас.
— Я хочу сказать, что вы ветреная и легкомысленная особа. Пока вы здесь развлекаетесь в компании с врагом, в нашей деревне закончились последние дрова и жители вынуждены разбирать нашу школу, чтобы протопить дома. Дети без обучения! Что из них вырастет?
— Подождите. Я этими делами не занимаюсь. Но объясните подробнее, почему у вас нет топлива?
— Его Величество, ваш отец, отдал приказ обеспечивать деревни и мелкие поселения деревом для отопления хижин с наступлением сильных морозов. Как раз сезон, но который год никто не привозит обещанные дрова. Мы вынуждены делить последние щепки, чтобы просто не замёрзнуть насмерть во сне! Дети на грани смерти, а вы развлекаетесь!
Вся радость сегодняшнего дня неприятным осадком осела в душе, прекращая поток эйфории и лёгкости, возвращая в жестокую реальность. Осознание того, что я не могу разрешить эту ситуацию прямо здесь и сейчас, давило на мои плечи тяжким грузом. Я подхожу чуть ближе и снимаю свою шапку.
— Возьмите, — протягиваю. — Если у вас есть жена — подарите эту шапку ей. Если у вас есть дети, пустите мех им на рукавички. Если у вас не хватает средств, продайте её. Она расшита серебром, вам хватит этого, чтобы отопить этот сезон. На остатки денег устройте праздник для соседей. А я обещаю, что отец обязательно разберётся в этом недоразумении.
Я была так взволнована, что мне стало ещё холоднее. Но я не стала кутаться теплее, а расправила плечи и улыбнулась простому человеку.
Он был явно не готов к такому подарку. Проморгавшись, он упал на колени и упёрся лбом в заснеженный камень дороги.
— Простите дурака старого, ваше высочество! Простите, что сомневался в вас! Я больше не посмею… Вы дочь богов, простите меня.
Он что-то говорил, а я смотрела на него широко открытыми глазами и не могла понять, что происходит.
Мужчина ещё что-то говорил, потом стража подняла его и отправила восвояси. Не грубо, а просто напомнив, что теперь он может отправляться домой, решив свой вопрос.
Я так и стояла, глядя на его удаляющуюся фигуру и на то, как трепетно он смотрел на шапку. На душе было тепло от того, что я смогла сделать хоть что-то полезное с тех пор, как попала в этот мир.
Я собралась развернуться и пройти в карету. До неё оставалось не больше двенадцати шагов, но тут со стороны раздался какой-то шум. Стража обступила меня плотным кольцом, а я, выглядывая из-за мощных фигур, увидела драку двух пьянчуг, вывалившихся из таверны.
Ко мне вплотную подошёл один из гвардейцев. Слишком близко для охраны. Он тяжело дышал, словно был зол.
— В чём дело? — спросила я и развернулась. Внутри всё похолодело, когда я увидела в его руке кинжал.
Стражник смотрел на меня в упор, стиснув зубы, сжимая в руках кинжал до побелевших костяшек. На его лице играли желваки. Он словно сдерживался, чтобы не наброситься на меня сию секунду, будто выжидал момент.
— Тебе стоило сдохнуть с первого раза. Мы недовольны. В этот раз осечки не будет, — сказал он низким простуженным голосом, заглушившим все остальные звуки. Я будто попала в один из тех остросюжетных фильмов.
— Я не понимаю, — начала нести бред, — можно же решить всё мирно, без крови. Почему вы хотите меня убить? — Сглатываю вязкую слюну и пячусь назад.
Гвардейцы отвлеклись на драку, принявшись разнимать мужчин.
— Фрея! — как сквозь вату слышу голос Тристана. Испуганный, надрывный.
Принц бросился ко мне, но он был слишком далеко, чтобы хоть как-то помочь. Так же, как и генерал. Зачем мне столько охраны, если я всё равно в опасности?
Оглядываюсь, краем глаза улавливая движения убийцы. Он замахнулся, видимо прицеливаясь мне в сердце. Я ничего не успела понять, как принц грубо меня толкнул, и я упала ничком на землю, в то время как он снёс предателя с ног.
За спиной гвардейца возник генерал, вынимая из ножен свой меч. В мгновение ока Хант перерезал горло несостоявшемуся убийце, как настоящий опытный воин. Моему взору предстала рана от уха до уха. Я благодарила богиню лишь за то, что его смерть была мгновенной. Вряд ли я бы смогла вынести ещё и предсмертные конвульсии этого человека.
До моего сознания лишь сейчас донёсся звон упавшего кинжала, того самого, что должен был стать моей погибелью. Мои ноги непроизвольно засеменили назад, словно оружие могло напасть на меня само, без хозяина.