Смотрю на высокого плечистого парня. У него волосы короче, чем у принцев, причёска не по местной моде, а сюртук слишком прост, хоть и сидит идеально.
— Это его сын, — он взял меня под локоть, — идём, думаю, его величество захочет тебя представить.
Мы приближались к беседующим мужчинам. Внутри поселилось неприятное ощущение от осознания того, что чужому человеку отец был рад больше, чем мне — родной дочери, столько лет жившей за сотни миров от него.
— А вот и она. Знакомься, Клавдий, это моя дочь.
Он сказал это с такой гордостью и благоговением, что я даже поверила в его отцовскую любовь.
— Добрый вечер.
— Ты не прав, Генрих. Она не просто красавица, она великолепна, достойная преемница богини Камы, — тараторит посол, активно жестикулируя и почесывая жидкую козлиную бородку на трёх лишних подбородках. — Дитя, имею честь представить моего единственного сына, мою опору и надежду, Дерека, — он растянул пухлые губы в улыбке. На вид, как улитка без раковины. — Нет, но ты, в самом деле, решил отдать эту жемчужину за скандарского сопляка? — продолжал распыляться неприятный мужичок.
Я обернулась туда, где недавно стоял Тристан, но его там не было.
Глава 15
Официально заявляю. Клавдий тоже крыса, прыскающая ядом за спиной у других чинов.
— Клавдий, это не обсуждается. Если не этот союз, то больше ничего не защитит нас от его армий. Фауст слишком горд и спесив для своего возраста.
— Просто старый дурак, — сказал посол.
— Вам интересно слушать этих болтушек? — прошептал рядом со мной Дерек.
У него был приятный голос и привлекательная внешность. Он не был похож на скульптурные черты скандарских принцев, но простота его лица придавала ему какое-то экзотичное обаяние.
— Отнюдь.
— Я могу предложить вам вино? — его карие глаза смотрели прямо в мои, не оставляя возможности ответить отказом.
— С самых югов Скандарии? — мои губы сами расплылись в приветливой улыбке.
— Этого ничем не приметного острова, с одной плантацией винограда? О, нет. Отец добыл бочонок коллекционного вина из Устилады. Вкуснее его вы ничего не пробовали, я уверен.
Да я, в принципе, ничего особо не пробовала в этом мире.
Мы идём к столикам. Рядом с тем белым вином, которое я пила, стояло багряное, наполняющее бокал всего на треть.
Дерек подал мне бокал, перед этим разбавив его водой до краёв.
— Крепкий напиток, — пояснил он.
Осматриваюсь в поисках Тристана, но упираюсь взглядом в его брата. Он прожигает во мне дыру своими пристально наблюдающими синими глазами. Не отрываясь от меня, залпом выпивает густоватое неразбавленное вино Устилады. Рядом с ним Моргана, и она тоже не сводит с меня недовольный взгляд. Ну, а этой-то особе я чем не угодила? Делаю глоток и отвожу взгляд от этой сладкой парочки.
Вино кислое. Перекатываю его во рту. Чувствую, как раскрывается букет вкуса. Но я ничего не понимаю в алкоголе. Кажется, я ощущаю вкус граната, чего-то очень вязкого. Возможно, малина. Клюква? Вишня?
— Как вам? — Молодой человек отпивает из своего бокала немного напитка. Замечаю, что свой он разбавил чуть меньше.
— Необычно, — делаю ещё один маленький глоток, тут самое важное не перестараться и в пылу опьянения не начать приставать к малознакомому парню на глазах у всего высшего общества.
— Это очень редкое вино. Его выдерживают в тепле по особому рецепту, затем выпаривают, чтобы загустело, и снова выдерживают. Крепкие мужчины Устилады могут употреблять его в густом виде. Вино из Скандарии для них всё равно, что вода. А нам, не привыкшим к такой крепости, приходится разбавлять, тем самым снижая градус.
— Очень интересно. Вы много путешествуете?
— Я сопровождаю отца в его поездках. Он старается уделять мне как можно больше внимания. Когда не стало мамы, он замкнулся…
— Простите, я не знала…
— Вы извиняетесь за то, что вино развязало мой язык? Да полно, Ваше Высочество, — он отставил свой бокал.
— И много мест вы повидали? — Стараюсь говорить меньше, чтобы не показать, что вино уже прилично затуманило мой разум.
— Достаточно, чтобы скрасить один вечер приятной леди. Что скажете?
— Предлагаете сбежать? — Да, возможно, свежий воздух пошёл бы мне на пользу.
— Как можно? — Хитро улыбнулся Дерек, — принцессы не сбегают, они просто уходят, когда посчитают нужным.
— Весьма заманчиво. Но как можно, что подумает обо мне жених?
— Мы ему не скажем.
— Не скажете чего?
Я обернулась. К нам подходили скандарские принцы. Оба напряжены, но Каспиан всё же сильнее. Ещё мгновение, и он будет готов разнести всё в щепки.