— Зачем? — юноша удивлённо распахнул чёрные глаза.
— Придёшь — узнаешь, дылда, — Лучия задорно подмигнула де Грассо и ушла вместе с подругами обратно к маэстро Обиньи.
Сеньор де Вико, как всякий житель благословенной Истардии, много времени проживший в столице под постоянный колокольный звон, отмеряющий ровные четверти, оказался пунктуален до мозга костей и явился в палаццо, занимаемое школой маэстро Майнера, ровно в десять. Он с удивлением оглядел плотную толпу собравшихся фехтовальщиков, жадно заглядывающих ему в рот, и попросил принести вина, чтобы промочить горло.
Уладив все формальности с сеньором Готфридом и Беллочкой, кондотьер подкрутил золотистые усы и вышел в центр двора, к развороченной мраморной тумбе.
— Приветствую вас, славные контийцы — отважные герои грядущих битв! — густой, сильный голос Марка Арсино заполнил стены потрёпанного временем палаццо. — Я рад, что, несмотря на ранний час, вы все пришли сюда прослушать мою лекцию о том, как бить людей железной палкой!
Фехтовальщики в толпе засмеялись.
Сеньор де Вико попросил всех желающих разбиться на пары и атаковать друг друга. Затем он указал на некоторые очевидные ошибки большинства фехтовальщиков и перемешал пары из разных школ. Вот тогда и началось настоящее веселье. Бойцы, привыкшие к определённому течению поединков, сбивались, путались, ошибались, зарабатывали синяки и шишки от, казалось бы, обычных приёмов и финтов.
Джулиано попал в пару с Джузеппе. Самоуверенно ухмыляющийся Боргезе вызывающе крутанул перед собой незаточенным стальным мечом.
— В городе болтают, ты в прошлом месяце положил дюжину человек у чаши Энея? — спросил Джованни, обнажая крупные передние зубы.
— В Конте постоянно о чем-нибудь болтают, — сказал Джулиано, спокойно дожидаясь, когда противник приблизится на удобное для атаки расстояние.
— Значит, врут? — уточил Джованни, делая ложный выпад.
— Нападай и узнаешь.
Юноша резко шагнул вперёд и ткнул зазевавшегося противника снизу мечом в живот. Джованни отпрыгнул вбок, потирая предплечьем место укола.
— А ты растёшь, — снисходительно заметил сын Папы, — ещё лет десять и сможешь выиграть весенний турнир.
Джулиано, наученный прежним горьким опытом, погасил в себе гнев и никак не отреагировал на едкую шуточку чемпиона «лодочников». Юноша сжал зубы и провёл короткий удар в плечо оппонента. Джованни легко увернулся и хотел было, согласно отработанной стратегии, пропустить Джулиано мимо себя, но наткнулся на новый укол в грудь и отступил. Лезвие клинка де Грассо, скользнувшее по горловине куртки, случайно зацепило и разорвало серебряную цепочку, отлетевшую к ногам юноши.
— Я смотрю, сеньор де Грассо уже опустился до мелких краж, — Джованни, нагло улыбаясь в лицо противнику, уткнул меч в квадратный носок замшевой туфли.
Медленно закипая от гнева, Джулиано поднял с земли разорванную цепочку и сорвавшийся с неё круглый медальон. Краем глаза юноша заметил литеру «В», сверкнувшую на тусклом диске. Его яростный запал мгновенно угас, сменившись холодной насторожённостью. Острая молодая память тут же услужливо подсказала де Грассо обстоятельства, при которых он уже встречал подобное украшение.
— Занятная вещица, — пробормотал Джулиано, разглядывая подвеску. — Где ты её нашёл?
— Отдай, это подарок, — Джованни требовательно протянул к противнику раскрытую ладонь.
— Я уже видел такой кулон у сеньора Майнера, — задумчиво произнёс юноша, переведя пристальный взгляд тёмных глаз на Джованни, — это его память о пропавшем сыне — Бенедикте.
— И что с того, возможно, у нас один ювелир? — нагло подбоченясь, заявил Джованни.
— Но ты Джованни, а не Бенедикт или Бруно.
Джованни громко рассмеялся, привлекая к их паре взгляды всего двора:
— Я Боргезе, тупой ты невежа!
Кровь бросилась в лицо Джулиано, и, не помня себя от гнева, он отшвырнул компрометирующее украшение в сторону, кинувшись с мечом на своего обидчика.
Джованни только этого и ждал. Он ловко ушёл с острия атаки де Грассо и нанёс своему противнику несколько чувствительных ударов. Но в Джулиано словно вселилась сама Дьяболла. Ни на миг не останавливаясь, он с яростью загнал противника под сухую яблоню, жёстко прижал спиной к её стволу и перешёл в рукопашную.
Даже строгие окрики маэстро Майнера и Лихтера не возымели никакого действия на двух юношей, жестоко валяющих друг друга в пыли. Только стальные руки кондотьера, растащившие драчунов за шкирки, наконец остановили безобразную ссору.