Ужин завершается в тягостной тишине. Изредка Император и мой новый «хозяин» обмениваются скупыми фразами, Саар же поглядывает в основном на меня, но молчит. Когда над этой половиной планеты растекается фиолетово-багровый закат, а небо начинает пылать словно пламя, правитель и Саар покидают роскошную столовую. Император еще раз бросает в мою сторону взгляд и напоминает:
– Увидимся через три месяца во дворце.
Риат сопровождает важных гостей до взлетной площадки. Где-то там к семейству присоединяется избалованная дочь Императора: на все этажи доносятся крики и капризные приказы.
Оставшись одна, вскакиваю и обхожу стол по кругу. Нервы звенят. Я жду возвращения Риата, готовлюсь выдержать его упреки и, возможно, оскорбления. Еще бы! Посмела требовать разрыва Истинности у самого Императора Шен-Ани. Проходит десять минут, двадцать, полчаса – я устала и замерзла, но Истинный так и не появился. Вместо Алдера в зал, не издав ни единого звука, входит Распорядитель и отвешивает поклон.
– Сеи, позвольте проводить вас в покои?
– Где Риат? – Резко оглядываюсь.
– Генерал покинул Нилаим десять минут назад, - бесстрастно отвечает красивый энийец.
– Улетел? Вместе с Императором?
– Нет, госпожа. Отбыл на флагман Империи, в звездную систему Инор.
– Ох, - только и могу выдавить, удивленная внезапным маневром Риата. Он дал своей «искре» неделю, чтобы освоиться в новом доме и принять навязанные им условия? Или сбежал, ибо боится не сдержать данное Истинной нерушимое слово?
– Я провожу вас, элейна?
– Да, конечно.
Заперев панельные двери личных покоев, я прямиком направляюсь в душ, потом забираюсь на кровать с ногами и долго размышляю о поведении истинного и предложении Императора. Три галактических месяца – внушительный срок. Как не поддаться любовным чарам? Как ускользнуть из цепких лап генерала и, по глупости, не увязнуть в сетях правящего имперского Дома?
С этими тяжелыми мыслями, откидываюсь на подушку и вскоре забываюсь тяжелым сном.
… Итак, четыре дня пролетели незаметно.
Я изучила многоуровневое имение Риата вдоль и поперек, разобралась с непривычными для землян инопланетными технологиями, легко вникла в управление всех систем жизнеобеспечения. Память Арии по-прежнему была заблокирована. Изредка перед мысленным взором проскакивали непонятные образы и детали, но зацепиться за них и сложить в ясную картинку не удавалось.
Познакомившись с историей, культурой и традициями Шен-Ани, часть из которых показалась мне диковатой, а часть – нелепой, однажды после обеда я забралась на самый верх имения, где располагался бассейн со стеклянными бортиками. Рядом белели шезлонги под зонтиками, а раздвижная крыша с утра до вечера заливала весь этаж ярким золотом. Я – землянка Арина к своим почти двадцати двум годам плавать так и не научилась, зато Ария владела этим мастерством безупречно.
В отсутствие генерала имение будто замерло – всюду царила тишина, прислуга являлась по часам. Используя эти мгновения затишья, разыскала в гардеробе купальники и решила все свободное время проводить у бассейна.
– Еще коктейль, госпожа? – Тихо интересуется служанка.
Киваю и неохотно отвожу внимательный взгляд от ясного неба. Закатный огонь подсвечивает облака блеклым багрянцем, мягкой дымкой стелется по поверхности океана, что простирается до самого горизонта. Ровно двое суток – и Риат вернётся на Нилаим, чтобы разделить со мной постель.
От этой мысли по телу бежит мелкая дрожь.
Судорожно втягиваю горячий воздух, делаю глоток сладкого напитка и, чтобы отвлечься от темных образов, ныряю в бассейн. Несколько кругов в теплой воде преодолеваю за считанные минуты. Мне досталось гибкое, тренированное тело. Физически я чувствую себя превосходно, чего нельзя сказать об эмоциях. Откинувшись на спину, прикрываю глаза и неторопливо плыву обратно к бортику, погруженная в размышления.
Неожиданно меня затмевает чья-то тень. Открываю глаза и различаю над собой надменное лицо жены генерала. Она стоит у кромки бассейна, сложив руки на груди, и наблюдает за тем, как плаваю со снисходительной ухмылкой.
– Здравствуй, элейна, - сквозь зубы цедит Мирана. Я улавливаю в ее интонации что-то очень недоброе. – А ты хорошо тут устроилась. Даже зависть берёт.