– Когда ты впервые ощутил нашу связь? – Интересуюсь чуть слышно.
– На подземной парковке, когда тебя ранили. Боль пары острой иглой прожгла и меня, - боясь отвести от меня цепкий взгляд, отвечает Его Высочество.
– Почему так долго молчал?
– Если Риат узнает о нашей связи, он примет все меры и по праву первенства истинности спрячет тебя от меня. Запрёт в поместье, увезет на далёкую планету – не имеет значения. Важно только то, что я потеряю свою Истинную. Навсегда. Понимаешь? Надо молчать.
Облизываю пересохшие губы. Сердце колотится как сумасшедшее.
– Понимаю, Саар.
– Ария, не торопись. Обдумай все плюсы нашего союза. Я подожду, - прекрасно осознавая моё сумбурное состояние, Саар перехватывает инициативу и с невозмутимым видом надевает кулон мне на шею. Затем касается его по окружности, и тот к моему изумлению исчезает.
Я отчетливо чувствую украшение: оно холодит и щекочет кожу, цепочка из благородного металла скользит по ключицам, но для глаза оно невидимо.
– Пусть будет у тебя, - с провокационной улыбочкой поясняет Саар. – Когда примешь решение, скажи: «Я беру тебя в законные мужья, Саар из Дома Ани». И обряд завершится. Но не затягивай. Если генерал или сеи Люция узнают о нас, мы больше не увидимся.
Он вновь переплетает наши пальцы. Меж ними искрится огонь.
Смотрю на фантастические змейки молний и хмурю лоб.
– Риат твой друг. Ты так легко отберешь у него элейну?
– Был моим другом. А потом появилась ты. – Саар обхватывает моё лицо ладонями, приподнимает и вынуждает смотреть себе прямо в глаза – темные как изумрудная гладь здешних озер. – Для энийеца нет ничего священней – чем встретить пару. Ни я, ни Риат от тебя уже не откажемся. Выбор только за тобой.
Возмущенный окрик служанки издалека тревожит момент.
– Сеи Ария, куда вы пропали?
Невольно вздрагиваю, отстраняюсь от мужчины и, приподняв белоснежный подол, отдаляюсь по отсыпанной белым камнем тропе.
Саар раздувает ноздри; смотрит на меня пристально, немигающе. И чуть глухо рычит.
– Прошу тебя, не ошибись.
Механически киваю и, опасаясь приближения неугомонной служанки, приставленной свекровью, разумеется, с единственной целью – следить за парой генерала, бегом срываюсь в сторону поместья.
– Задержалась на берегу. Уже иду.
Глава 25
– Опять уходила к Озеру душ? – Недовольный вопрос «свекрови» настигает, едва я вхожу в просторный зал. Женщина сидит во главе изысканно сервированного стола и сверлит меня в упор.
– Да, гуляла вдоль берега. Меня это успокаивает, - отзываюсь ровно, почти равнодушно.
Ей ни в коем случае нельзя знать, в каком эмоциональном вихре я пылаю. Встречу с принцем необходимо скрывать.
– Помнится, я говорила – ходить туда только вместе с охраной, дорогая. – Постукивая пальцами по столешнице, напоминает сеи Люция.
– Должно быть, забыла.
– Садись, - приказным тоном бросает.
Я занимаю второе место по левую от хозяйки поместья руку, и она подаёт сигнал служанкам подать горячее.
Ем в молчании. Слишком о многом мне надо подумать. Брачный кулон холодит кожу под тонкой, полупрозрачной светлой тканью. Матушка Риата ни о чем не подозревает и щебечет всякие глупости. До вечера женщина держит меня при себе, забрав в ботанический сад, где с моей помощью пересаживает диковинные растения, рыхлит плодородную почву в горшках, регулирует подачу света, воды, кислорода.
Ночь проходит почти без сна.
Я едва ли осознаю реальность, всецело поглощенная предложением Его Высочества. Еще двое суток пролетают как в тумане. Люция с чего-то решила, что мне нужны уроки звездной географии и этикета и принялась лично «учить» будущую невестку манере поведения, принятой в Империи Шен-Ани.
Она всерьёз надеется, что владыка позволит Риату разорвать с его дочерью брачный союз? Глупости. Отец никогда не причинит любимому чаду боль. Мирана останется женой Риата до тех пор, пока их не разлучит несчастный случай или смерть. А я так и буду прозябать то на одной отдаленной планете, то на – другой и носить унизительный статус наложницы. Меня это категорически не устраивает!
… Новое утро встречает пением птиц.
В распахнутые окна льётся свет сразу двух солнц: яркого и тусклого, цвета тлеющих углей.
Потягиваюсь и покидаю кровать. Приставленные ко мне служанки помогают облачиться до оскомины в однообразный белоснежный наряд из тонкого шелка. Затем скрепляют платье на шее серебряной брошью, расчесывают мне волосы.
Я спускаюсь к завтраку как на каторгу. Грядет очередной унылый день в компании матушки генерала, беспросветный и бессмысленный.
Мужской рык настигает еще на подходе к обеденному залу.