Выбрать главу

— Вы рассуждаете с такой уверенностью, будто уже держали этот фолиант в руках, — Мираида медленно откинулась на спинку кресла, изучая меня холодным, оценивающим взглядом. — Хотя сами его в глаза не видели.

— Не держал, — не стал отпираться я, глядя ей прямо в глаза. — Я лишь преследую призрачные тени по чужим слухам. И каждый раз, когда цель оказывается близко, нужный человек успевает умереть прежде, чем я успею задать главный вопрос.

Память тут же услужливо подбросила образ безжизненного лица старого Пастыря и его хриплый полувздох на проклятом слове «опоздал».

Айза за моей спиной едва заметно качнулась, тяжело перенеся вес на каблук, словно от этого воспоминания по комнате повеяло могильным сквозняком. Рейвен же продолжал стоять неподвижно, однако его цепкий профессиональный взгляд не пропускал ни единого изъяна в каменной кладке стен, выискивая потенциальные тайники или скрытые рычаги.

— Вы хотите получить неограниченный доступ в наши хранилища, — подытожил король, барабаня пальцами по столешнице. — В те закрытые секции, куда заказан путь даже высшей шинарийской знати.

— Я прошу лишь о возможности отыскать фолиант, способный остановить катастрофу, — поправил я его с холодной вежливостью. — Если окажется, что именно Шинария сохранила знание, перед которым спасовали древние драконы, об этом триумфе узнает весь мир. Вы перестанете быть лишь прославленной долиной парадов и побед, — добавил я чуть мягче, подбирая ключи к их гордыне. — Вы войдёте в историю как цивилизация, укротившая то, что не смогли осилить мы.

Дешёвая лесть? Безусловно.

Чистая правда? Абсолютная.

Шинарийцы страдали манией величия почти так же патологически, как и любовью к армейскому порядку, стоило лишь правильно расставить акценты, как честолюбие само делало всю работу.

Мираида обменялась с мужем долгим, лишённым слов взглядом. Эта пауза длилась дольше обычного вздоха, но за минувшие столетия я научился читать подобные молчаливые диалоги лучше любых книг.

— Допустим, — произнёс наконец Айларион с интонацией полководца, просчитывающего рискованный манёвр. — Мы готовы разрешить вам доступ к архивам. Разумеется, под строгим надзором нашего доверенного лица. Но что вы готовы предложить взамен?

— Если искомая книга действительно хранится в ваших фондах, — я выдержал паузу, честно глядя в глаза монарху, — я клянусь, что лично запечатаю Разлом в первую же очередь. И поверьте, меньше всего я делаю это ради вашего спокойствия. Мне необходим собственный покой.

Иногда абсолютная, лишённая прикрас честность пугает сильнее изощрённой лжи.

— А если книги там не окажется? — холодно осведомилась королева, наклонив голову набок.

— Тогда, — глухо отозвался я, — вы по крайней мере приобретёте уверенность в том, что сделали всё от вас зависящее. И что страшная напасть, пожирающая мои земли, не перекинется на ваши мирные города лишь потому, что кто-то побоялся отпереть заветную дверь.

Она никак не показала эмоций, но я заметил, как на миг участилось её дыхание под тяжёлым бархатом платья. Шинарийская верхушка патологически не выносила даже намёка на собственную вину перед лицом большой беды.

— Это пока не окончательный ответ, — осторожно заметил король, поднимаясь из-за стола. — Но повод для серьёзных раздумий. — Он перевёл испытующий взгляд на мою спутницу. — Кстати, ваша сестра в своё время проходила обучение в наших кадетских классах, если мне не изменяет память.

— Проходила, Ваше Величество, — Айза выпрямилась по струнке с гордо поднятой головой. — Именно поэтому я прекрасно осведомлена о том, сколь трепетно ваша долина относится к соблюдению чести и договоров.

Тонкий намёк прозвучал предельно прозрачно, " раз уж вы требуете безупречной дисциплины от других, извольте сами держать слово".

— А ваш молчаливый спутник? — королева переключила внимание на наёмника.

— Я отвечаю за тонкое обоняние, Ваше Величество. И за то, чтобы наследник Таррок не разнёс ваш милый дворец раньше времени. — Рейвен позволил себе лёгкую, едва ли не дерзкую улыбку, склонив голову в шутливом поклоне. Айларион коротко и сухó фыркнул, не выражая ни гнева, ни одобрения.

— Передайте вашему усопшему пророку, где бы его душа ни скиталась, — процедил он напоследок, — что его сказки дошли до адресата. Мы обсудим ваш запрос. Ответ получите до наступления рассвета.