Выбрать главу

— У нас впереди всё ещё Разлом, Райан, Сады, душа Айзы и мёртвые, которые теперь тебя слушают, — сказал я, проводя большим пальцем по краю камня.

— Знаю, — тихо ответила она.

— Но сегодня я хочу, чтобы ты запомнила одно, — продолжил, глядя прямо в её глаза. — Тебе не нужно снова умирать, чтобы доказать, что ты кого-то любишь. Ни мне, ни богам, ни этому миру. — Я поднял руку из воды и провёл костяшками пальцев по её щеке от виска к подбородку, стирая последние следы высохших слёз. — Ты уже сделала достаточно. И больше, чем кто-либо имел право просить.

Леона глубоко вдохнула, словно позволила себе поверить хотя бы на одну ночь.

— Хорошо, — прошептала она, а потом наклонилась и быстро, почти несмело поцеловала меня в угол губ. — Тогда и ты запомни кое-что. Если завтра снова скажешь, что «то, что было, остаётся здесь», я правда натравлю на тебя всех богов, которых знаю.

— Учту. Страшнее твоей угрозы у меня пока ничего нет. — Я коротко рассмеялся настоящим, хриплым смехом, которого давно не выпускал.

— Я подожду тебя в комнате. Одна. В нашей комнате, — Она встала с края купели, поправила подол рубашки и посмотрела на меня исподлобья. — И, возможно, подумаю над тем, какого щенка мы заведём, когда закроем Разлом.

— Чёрного, — сразу сказал я. — Чтобы подходил к твоим волосам и моим нервам.

— Договорились, дракон. — Она засмеялась, покачав головой.

Потом Леона вышла, оставив после себя запах супа, трав и чего-то, что впервые за долгое время пахло не войной, а будущим.

Через время я вышел из купели, поправляя полотенце на бедрах. Прохладный воздух спальни заставил разгоряченные мышцы напрячься. Подняв взгляд я увидел Айзу.

Живая.

В моём кресле.

В моей спальне.

И, разумеется, с первой фразой.

— Ну наконец-то, дракон. Я думала, ты утопился.

Я моргнул. Раз. Второй.

Леона, полулежавшая на подушках, наполовину спряталась за Мунга, а енот сидел у неё на груди, как щит, только полосатый. Кудри тёмной тучей разметались по подушкам, глаза были округлённые и виновато-счастливые одновременно.

Айза выглядела почти так, как в тот день, когда я в последний раз видел её живой, только без крови. Те же синие глаза с янтарными искрами, та же родинка у уголка губ, та же привычка сидеть боком в кресле, закинув ногу на подлокотник, словно это не кресло, а трон. На ней были простая рубашка и штаны, волосы собраны в хвост, а на шее висел тонкий шнурок с кольцом, который я когда-то сам ей завязал, чтобы не потеряла.

— Ты выглядишь слишком живой для призрака, — хрипло сказал я, заставляя себя не стоять в дверях, как идиот, хотя горло сдавило,

— Призраки не сидят задницей в твоём кресле, брат. Они обычно парят. И да, замечу, у тебя ужасный вкус на домашнюю одежду. — Айза хмыкнула, скользнув взглядом по мне.

— Айза! — Леона пискнула и упала затылком в подушку, прикрывая лицо ладонью.

— Что? — искренне удивилась сестра, закинув вторую ногу на подлокотник. — Я умерла, вернулась, меня рвали богини, швыряли души, а теперь мой старший брат стоит передо мной в одном полотенце. Я имею право на комментарии.

— Ты имеешь право сначала объяснить, как вообще оказалась здесь, а потом обсуждать мой гардероб. — Я фыркнул, пытаясь совладать с тем, как дрожат руки.

— Это к ней, — не моргнув, Айза кивнула на Леону. — Я, между прочим, спокойно лежала у Нимиры в её прекрасных садах, пока кое-кто не решил разнести богиню в клочья и заодно устроить революцию среди мёртвых. — Она склонила голову, глядя на Леону, и в глазах мелькнула мягкость. — Спасибо, кстати, госпожа Пастырь.

Леона покраснела так, будто её кипятком облили.

— Я не планировала революцию, — залепетала она, выглядывая из-за Мунга. — Я просто крикнула.

— Ага, — протянула Айза. — Так громко, что мёртвые решили, «О, это наша, за неё можно и богиню подрать». В общем, твоя смертная оказалась страшнее половины пантеона, Дав.

Я наконец заставил себя сдвинуться с места. Каждый шаг давался странно, тело помнило боль, сердце пустоту, а глаза видели живую сестру.

— Подойди ещё ближе, и я скажу, что ты страшнее пантеона, — буркнул я, но голос всё равно дрогнул.

— Глаза на месте. Руки тоже. Грудь, конечно, всё ещё дырявая, но хотя бы не дымится. Значит, Нимира тебя до конца не дожевала. — Айза прищурилась, оценивающе оглядывая меня.

Выдохнув через нос, я сел на край кровати ближе к Леоне. Мунг тут же перелез мне на бедро, будто решил, что этого дракона тоже надо охранять. Я протянул руку к Леоне, она вплела свои пальцы в мои и сжала крепко, как якорь.