У Элимора появилось копье, Денис повторил за демоном и вызвал кинжал.
Глава 8
Дым гудел и плевался чернотой, закрывая выходы из зала. Поток черного воздуха метался из стороны в сторону, откидывая души, отрезая путь к отступления. Чернота дыма выпивала все краски, погружая мир в болезненную серостью. Казалось, что и свет с лестницы померк. Души сжались, будто ожидая удара, кто-то молился. Люди сгруппировались в кучки, некоторые забежали за спину Дениса. Даже Паша не пытался превратиться в туман, он вцепился в локоть Кати и держал так крепко, будто лишь это спасет от дыма. Девушка замерла и наблюдала за неведомым существом, как за ураганом, который слетел с катушек.
- А теперь? - спросил Элимор.
Денис перебирал заклинания и вспоминал ситуацию в поле. Он не победил дым тогда, скорей стихия сама растворилась в небытие.
- Попытка не пытка, - ответил мужчина и шепнул кинжалу. - Anima.
С лезвия сорвались искры, они бросились золотой россыпью к дыму. Кожа покрылась мурашками. Денис почувствовал, что от сердца отделилось тепло. Кинжал согрел ладонь. Искры ворвались в дым и утонули. Элимор фыркнул, но Денис не сдавался. Он чувствовал жар под сердцем, будто от него к дыму тянулись золотые нити, которые цеплялись за искры. Энергия блуждала в черном водовороте дыма.
"Рано".
Души шептали и взволнованно наблюдали, как кольцо дыма крутилось все быстрей, и все ближе поджималось к ним.
"Рано..., - Денис до боли стискивал зубы".
- Денис? - Катя повернулась к нему.
В сердце полыхнуло пламя и он отпустил внутри натянутую пружину. Каждая искра вспыхнула огнем. Взрыв. Круг дыма разоврался с семи сторон. Пыль и камни взлетели в воздух.
- Ictus flamma!
Из кинжала хлынуло пламя. Дым разорвался, загудел и заметался по залу, врезаясь в толпу. Денис ударил потоком огня. Хвост дыма схватил седую женщину и проглотил. Денис сжигал дым, но другие части спокойно летали по залу и пожирали души. Элимор подбежал к дыму, взмахнул копьем. Чернота дыма разделилась на две части, но поток не исчез, он отлетел в сторону, зажужжал громче, затарахтел, крутанулся и повернул к демону.
Элимор выставил ядовитое копье и обнажил клыки:
- Давай, попробуй. Не боюсь тебя.
Денис взмахнул кинжалом и очередной выстрел пламени спалил поток дыма. По залу разносились стоны душ. Паша прятался за бледную Катю.
- Демон, - крикнула девушка.
Денис обернулся и увидел, как в Элимора влетел поток дыма и скрыл с головой. Копье разрезало черноту лишь на миг, но нож никогда не победит стихию.
- Нет, - Денис бросился к демону.
Внутри все еще дрожало недоверие к потустороннему существу, но в прошлом бою он стал для него опорой, мостом в новый мир.
"Ты нужен...Нужен".
Мужчина перепрыгнул хвост дыма, что пытался зацепить за ноги, спалил поток, что летел в лицо и был сбит ударом в бок. Холодное жало дыма столкнуло на пол.
"Сгинь".
Огонь с кинжал освободил путь и Денис, не вставая, перекатился в желанную точку. В гудящую трубу дыма, где в плену застыл демон.
Внутри остановилось время, исчез холод и стоны душ. Вокруг темнота, кружилась пыль, сверкали молнии и серебрились мелкие искры, будто мир сбоил в компьютерной игре. Элимор сидел на коленях и над головой держал копье, направляя в самую темную точку, где, подобно черной дыре, закручивался дым.
Денис медленно сел на колени, с трудом хватая воздух. Вязкое пространство казалось дрожало от одного взмаха ресниц.
- Не...Не..Надо, - стиснув зубы цедил демон.
Денис не понял, к кому обращено приветствие и изо всех сил закричал:
- Ictus flamma!
Огонь слетел с кинжала, подобно чирканью последней спички об коробок. Мелькнул и потух.
Денис закашлял и оперся ладонями на то, что должно быть полом. Он терял воздух, кинжал похолодел, а поток дыма стянулся со всего зала на две согнувшиеся фигуры, оставив в покое остальных.
- Для внука своего деда и сына отца, ты слишком самоотвержен. Не Лазаревич, - прохрипел Элимор и Денис увидел, как по лицу демона поползли черные венки, лопаясь сеточкой сосудов на скулах.
За гулом дыма едва можно было различить крики Кати и Паши. Они их звали. Денис выдохнул и выставил одну ногу вперед, упираясь на одно колено. Кинжал поднял над головой, и повторяя за Элимором, направил в самую черную точку.