- Мамочка и папочка пали жертвами в ловушке театра. В них стреляли и травили. Никто их не спас. Так и тебя, родненькая. Перестань сопротивляться и впусти меня.
Денис нашел силы, чтобы встать на ноги, и увидел, что к нему медленно шел Советник.
В приоткрытом рту блестели клыки, а глаза сияли красным. Вне сомнения - это демон. Денис сглотнул. Вся боль куда-то исчезла. Нутро захватила невесомость, как перед решающим смертельным прыжком.
- Пришло время, маг, - произнес Советник.
Денис дрожащей рукой сжал кинжал и погрузил пальцы левой руки в лезвие. Заструилась кровь. Затем Денис провел красную линию по орнаменту виноградной лазы.
- Убей его. Приказываю, - сказал Денис.
Советник рассмеялся и побежал к мужчине. Денис успел пригнуться от удара кулака, на спину посыпались щепки. В деревянной двери осталась рваная рана, откуда виднелся коридор.
Денис бросился бежать вдоль ряда, радуясь, что хоть на миг мог скрыться в тумане, пока Советник вытаскивал руку.
"Спасибо, Паша".
Денис сжимал кровоточащую рану на плече и бежал прочь от грома шагов Советника.
- Твой демон не спасет. Ты знаешь, как мы привязываемся к колдунам? Какой ритуал проходим? Или ты думал, мы по доброй воле служим вам?
Денис едва слышал Советника, он бежал дальше, вдоль, перед глазами мелькали пустые театральные сиденья, которые будто бы стали бесконечными в тонкой дымке тумана.
- Чтобы демон служил магу, маг должен пожертвовать тем, кого любит. Берта мужа прибила ради меня, чтобы я ей служил, - хохотал Советник и его шаги отражались гулом в ушах. - Спрашивал у Элимора, кем пожертвовал твой дед?
Денис запнулся и упал. Боль стрельнула в плечо. Денис перевернулся на спину и увидел, что из тумана к нему склонился Советник.
- Конец истории Лазаревичей, - сказал демон и занес коготь.
Копье вылетело из неоткуда, со свистом рассекло воздух и влетело в висок Советника, разрывая плоть и пробивая череп с другой стороны. Элимор оказался за спиной. Советник вырвал копье из головы, зарычал и плюнул кровью, затем круто развернувшись бросился на Элимора. Они скрылись в тумане.
Денис, подавив рвотный рефлекс, вскочил на ноги. С раны на плече вытекала кровь. Мужчина приложил раскаленное лезвие кинжала, и не сдержал крик. Еще рано расслабляться, нельзя оставаться на месте.
Он прищурился и сквозь туман увидел сцену. Вокруг нарастал огонь, пламя с ряда, оставленного после стычки с Мышью, перекинулось на следующий и уже добралось до стен. Армии разъяренно дрались. Денис заметил мужчину во фраке, что бил лопатой противника в сельском кафтане.
Но ведьма не торопилась, она склонилась над обездвиженной Катей. Денис подбежал к сцене и осторожно подобрался к цели с края, подтянувшись на руках.
- Ictus flamma! - ударил в спину ведьме ярким потоком огня.
Но пламя не опалило кожу. Ведьма обернулась, как на надоедливую музу, оскалила пасть и вытянула костлявую ладонь к Денису.
- Сгинь!
Она сжала пальцы, и мужчина рухнул на колени, выпустил кинжал. Горло прожгла боль, будто на месте клейма поставили стальную проволоку. Денис закашлял и повалился на бок. Жизнь ускользала вместе с последними остатками воздуха. Краем глаз он видел, как Советник и Элимор ползали по стене и царапали друг друга, напоминая двух древних вампиров, которые не поделили гроб.
"Смерть всегда такая нелепая?".
- Денис..., - рядом шептала Катя, но для мужчины все стало миражом.
Он видел, как Элимор вцепился в горло Советника, как оторвал плоть и красные глаза врага погасли, затем как Элимор спрыгнул на пол и плюнул остатками крови под ноги, рядом с оторванной головой Советника.
Берта визжала. Денис хотел улыбнуться, но не мог, лицо онемело.
Внезапно по театру разлилась музыка. Серебряное сияние окутало сцену, мелодия скрипки, подобно мягким лентам, ворвалась в зал. Денис прищурился и сквозь слезы боли увидел, что от силуэта Кати выросли серебряные ленты, что бросились в зал и касались душ, отчего те превращались в пыль.
Боль с горла отступила, Денис смог вдохнуть спасительную струйку воздуха. Но не это привело к жизни. Он с дрожанием в сердце увидел, как хрупкая фигурка жены вдруг поднялась, а в руках ее оказалась белая скрипка.