Все обретало другой смысл.
- Я не играла магией с одиннадцати лет. Когда в Норд-Ост погибли родители, что-то заблокировалось, ничего не получалось. Взамен появилась потеря в пространстве, неконтролируемый гнев, панические атаки. Я чувствовала, что магия живет во мне, но... Не могла играть. Я как разбитая ваза, которую склеили неправильно.
- Почему сейчас получилось?
- Иначе Берта тебя бы убила.
Денис выдохнул и провел ладонью по лицу. Усталость давила на плечи. Он никогда не думал, что они так похожи. Хотелось сказать что-то особенное, но он нахмурился и посмотрел в сторону. Почему-то стало теплей, хоть огонь совсем догорел.
-Ты сразу знала, кто я?
- Да. Раньше думала, что молчание убережет, раз отец не открыл тебе правду.
- Паша и Элимор поняли, что ты Деми...
- Демиург. Да. Творец. Я договорилась, что расскажу сама, когда буду готова. Но тогда...В комнате. Ты наговорил всякого, и вот мы здесь.
Денис усмехнулся и вернул взгляд к жене. Сейчас на него взирало голубое озеро с расширенными точками зрачков. Между ними пролетел ветер, всколыхнув камыши, но костер не погас. Денис сжал губы, лишь бы не сболтнуть лишнего.
Он не хотел возвращаться в прошлый диалог.
- Извини. И спасибо, что спасла.
- Теперь мы квиты, - рассмеялась Катя, что прозвучало для него, как музыка. "Первый искрений смех за год?".
Они замолчали. Катя складывала ветки в костер, а Денис наблюдал как дрожало умирающее пламя. Они будто бы бежали по бесконечному лабиринту, касались холодных стен, чтобы не упустит повторов, и оставляли следы из переломанной мебели. Каждое слово могло ранить.
"Мы ходим по кругу, кусаясь все больней и больней".
Денис прокашлялся и поправил воротник рубашки, ободранный край ткани дрожал у плеча, где виднелся новый шрам от когтей Мыши и удара клюва ворона. По телу разрывами блуждал дрожь, от пота мерзла спина. Денис вновь посмотрел на кулон Кати. Их спасла белая скрипка. Жена устало прикрыла глаза.
"Зверьки попали в лабиринт, а кто-то сверху наблюдает и ждет, когда же мы подберемся к выходу, зная, что рано или поздно схватит тельце и раздавит".
Денис сжал ладони в кулаки. Он не выносил беспомощность. Всю жизнь он делал так, чтобы никогда ни от кого не зависеть. Но сейчас, он был благодарен, что загнанный в угол. Он наконец рассмотрел человека перед собой.
"Сколько же боли ей пришлось испить. Как долго нести тайну о магии, но не использовать...И все равно она сражается, она никогда не отдаст тело. И я не намерен проиграть".
- Что будем делать, когда выберемся? - ресницы девушки дрогнули.
- Давай выберемся и посмотрим, - ответил Денис и положил на ее ладонь свою.
Она переплела их пальцы, и он кратко пожал тепло. Затем развернулся и лег на траву. Он хотел упрекать за молчание. Единственное, что нужно - побыть наедине с тем, что узнал.
- Да, давай отдохнем, - сказала Катя и он услышал шорох, жена тоже легла рядом с костром.
Он мог бы кричать на нее за то, что врала, за то, что выставила идиотом перед призраком и демоном, за то, что втянула в это. Но на самом деле она не была виновата в том, что рождена со способностями и стала лакомым куском для Берты.
Он думал о том, что тоже бы не рассказал ей о кинжале и огне, чтобы уберечь. Мужчина почти погрузился в сон, когда услышал Катю.
- Теперь панических атак и других загонов не будет. Все прошло, раз сила открылась.
Сон дался Денису не просто. В легкой дремоте он все еще видел бой в театре, чувствовал, как тело обдувал ветер, а перед глазами висело лицо Советника. Он шевелил губами, но Денис его не слышал за роем бесконечных мыслей. Новый мир не слабо давил на психику.
Внезапно сквозь череду разрозненных мыслей он услышал:
- Денис...Время.
Мужчина распахнул глаза и резко сел. Паша и Катя спали. Небо посинело, земля покрылась предрассветным туманом, лестница скрылась за серыми облаками, а перед Денисом, обрамленный алой каймой, стоял силуэт отца.
Он что-то чертил по воздуху что-то напоминающее петлю и на Катю.