Если я подойду к маме и попрошу научить меня быть горничной, она точно сдаст меня в дурдом.
Первым занятием у группы первого курса (она здесь была всего одна) значилась «Общая магическая теория», и проходила она в лектории. К нему вели указатели, щедро разбросанные по школе, и я без труда нашла нужный зал.
Правда, по пути к нему у меня не закрывался рот от удивления.
Роскошные лестницы, залы и коридоры в лучших традициях петербуржских интерьеров музеев, высоченные окна, заливающие светом все пространство. Много позолоты, свечей и… книг. Шкафы от пола до потолка, метра по четыре, не меньше, заставленные книгами. Они были в залах, в коридорах, тупиках и нишах. И, судя по всему, студенты могли свободно пользоваться литературой из этих шкафов.
Я впервые очутилась в таком красивом особняке и, поднимаясь к лекторию, чувствовала себя по меньшей мере дворянкой, а то и настоящей принцессой.
В лектории было темно. Большие окна закрыли плотными шторами. Мягко мерцали свечи, но, к собственному удивлению, я поняла, что в них нет пламени – только теплый тусклый свет. Полукругом напротив небольшой сцены располагались разноуровневые каменные скамьи, частично занятые студентами. Судя по всему, лекция не предполагала конспектов: их просто негде было писать.
Я устроилась с краю, позади какой-то рыжеволосой девчонки. Она тут же обернулась и немного взволнованно расплылась в улыбке.
– Привет!
– Привет, – откликнулась я.
Мы неловко замолчали. Что принято говорить в таких случаях? Представляться? Задавать какие-то дежурно вежливые вопросы вроде: «Волнуешься перед началом занятий?»
Однокурсница первая нарушила паузу:
– Видела тебя на инициации. Сразу захотела познакомиться.
– Даже не знаю, что сказать… – Я растерялась.
Рыженькую огневичку я совсем не помнила – было не до того. Я вообще мало кого запомнила, слишком внезапно, как снег на голову, свалился новый мир. Дмитрий с его подозрительной книгой, магия, Аспер Дашков, с которым мы когда-то дружили, а теперь ненавидим друг друга, и я даже не знаю почему!
– Элена, – представилась она. – Элена Орлова, маг огня.
– Ярина Огнева. М-м-м… тоже маг огня.
– Крутая у тебя фамилия.
– Ага, говорящая.
– Что это значит?
– Ну… это такая фамилия, которая отражает какую-то яркую черту персонажа. Человека, я имею в виду. Слышишь фамилию Огнева и сразу представляешь, что она – маг огня.
– Никогда не слышала, но звучит забавно. Ты не местная? Откуда-то приехала?
– Да… жила с бабушкой в деревне, пока родители зарабатывали на волшебную палочку… то есть усилитель магии.
Сообразив, что «неместностью» можно воспользоваться, чтобы заполнить пробелы в знаниях, я спросила:
– А что такое Игры Стихий? Я видела там объявление.
Элена помрачнела. Когда она нервничала, то грызла рыжую прядь, сама того не осознавая. Поняв, что жует свои волосы, девушка спохватилась и выпрямилась.
– Соревнования между школами. От каждой школы выставляют команду: капитан и четверо участников. Всего четыре тура, в них разные испытания. На командную работу, на мышление, на силу и скорость, и так далее. Победившая команда приносит своей школе славу, почет, кубок и хорошие призовые.
– А почему за участие в Играх платят стипендию, раз победа такая престижная?
– Мы же маги огня. – Элена пожала плечами. – Слабые, ни на что не годящиеся. Никто не хочет участвовать в Играх Стихий, вот директор и заманивает стипендиями.
Я хмыкнула. Финансовый стимул – лучший из возможных. Директор не дурак, похоже.
Соседка отвернулась, рассматривая роспись на потолке. Но потом вдруг вздрогнула и снова уставилась на меня.
– Только не говори, что ты подала заявку!
– Э-э-э… я заполнила анкету для собеседования. А что такого? Мне нужны деньги, а на Играх платят стипендию. И я люблю разные квесты, соревнования и все такое.
– Деньги?! Разве что на похороны! Ты сумасшедшая! В нас еле теплится магия, тебя убьют на первом же испытании!
Я рассмеялась, решив, что она шутит. Не могут же школьные соревнования и впрямь закончиться смертью.
Но Элена продолжала смотреть с абсолютной серьезностью, и смех застрял где-то в горле.
– Ты же шутишь? – спросила я. – Как школьные соревнования могут закончиться смертью?
– В какой деревне ты жила, что не знаешь об Играх? Их не каждый видел, но уж правила и… последствия знают все.
Я знала только об одних играх: голодных. В моем мире это была популярная книга. Этот-то факт и напрягал: если Дашков сплагиатил антиутопию, дело принимает неприятный оборот.