Если вдуматься, только Аспер делает Игры опасными и мрачными. Вряд ли Дашков-старший задумывал их как средство устрашения. Все вокруг говорит о том, что Игры Стихий – это праздник, студенческое соревнование магов, зрелищное, азартное, но безопасное. Не будь на Играх Аспера, я бы даже наслаждалась атмосферой.
Но приходилось каждую минуту ждать подвоха.
Из янтарной комнаты мы попали в большой зал, увешанный картинами. Ничего похожего на замок или дверь, которую можно было бы открыть ключом, не нашлось. Задрав голову, на потолке я увидела роскошное полотно с явно колдовским мотивом: Петербург накрывает шторм, среди туч которого виднеются драконы.
Вскоре комнаты слились в одну. С каждым новым залом я все больше и больше теряла уверенность в том, что мы движемся в правильном направлении.
Но вдруг, войдя в очередной бело-золотой зал, мы увидели ее: дверь, усыпанную замочными скважинами. Она вся состояла из них! Больших и крошечных, обычных и причудливых. Сомнений не осталось: ключи следует проверять здесь.
– Только что случится, когда мы ее откроем? – задумчиво спросил Александр.
– Предлагаешь сделать вид, что мы ничего не поняли, и просто подождать, пока проиграем? – совершенно серьезно спросил Воронцов.
– Хватит! – рявкнула я. – Мы играем честно! Одно дело не лезть на рожон, другое – трусливо спрятаться под стол!
– Я называю это «разумно оценивать риски».
– А я, – оборвала нас Кейт, – позором на всю страну. Иллюзион!
Она ткнула в потолок, где висел записывающий камень. Даже Воронцов умолк, пойдя красными пятнами.
– Давайте просто откроем дверь, и все, – сказал Александр. – А там уже разберемся.
Пробовали ключи по очереди, чтобы точно понять, какой из них подходит. Кейт доставала из шкатулки, я проходилась по всем замочным скважинам, парни следили, чтобы я ничего не пропустила. Скважин на двери оказалось ни много ни мало сотня! Ключей – столько же. Путем нехитрых вычислений было понятно, что мне предстоит воткнуть и провернуть ключ примерно десять тысяч раз! Примерно – потому что в некоторые скважины те или иные ключи просто не лезли, и мы экономили какое-то время. Но все же если учитывать, что каждая проверка занимала две секунды минимум, то…
– Ребят, это займет больше пяти часов, – первым подсчитал Александр. – Мы делаем что-то не то.
Я задумчиво посмотрела на дверь.
– Очевидно, что нужно найти ключ, который подойдет к двери, – произнесла Кейт. – И очевидно, что простым перебором мы не успеем.
– Так, может, это и неплохо? – без особой надежды спросил Воронцов.
– Захлопнись! – неожиданно посоветовал ему Сергей. – Капитан сказала, что мы должны играть всерьез, значит, мы играем. Лучше пораскинь мозгами.
– Это вы все пораскинете мозгами по стене, если не прекратите раздражать команду воды, – буркнул в ответ Воронцов. – Я один здесь понимаю, во что мы лезем и последствия этого? Вы собираетесь соревноваться с Дашковым!
– Успокойся уже! – Кейт закатила глаза. – Мы не собираемся биться ни на жизнь, а насмерть, за титул победителей Игр. Но ты всерьез хочешь просто взять и демонстративно слить турнир? Не подумал, как это отразится на тебе в школе? А на твоей семье? Хочешь прослыть трусом и шестеркой Дашкова? Думаешь, поможет семейному делу?
Воронцов умолк, нехотя признав правоту Кейт. Если бы все было так просто – отказался соревноваться и выжил, – то Аспер давно бы уже боролся сам с собой.
– И не забывайте о том, что нас показывают на всех экранах империи, – добавил Вишневский. – Лучше думайте, как найти нужный ключ.
– Да, может, его тут вообще нет. С чего вы взяли, что нужно открыть эту дверь?
По-моему, Воронцов буркнул это из вредности, лишь бы последнее слово осталось за ним, но я задумчиво посмотрела на шкатулку.
– Если рассуждать логически, то у нас есть сто замков и сто ключей. Организаторы явно умеют считать и понимали, что на перебор у нас уйдет куча времени. Ни одна скважина не выделяется настолько, чтобы можно было сделать однозначный вывод. Мы не видели ни одной похожей на других дверях. И ключи тоже не дают никаких подсказок.
– Ого, да у нас тут гений, – не унимался Воронцов, и Александр, не выдержав, отвесил ему затрещину.
– Помолчи, а? А то открою дверь твоей башкой в качестве тарана.
Что ж, зрителей мы наверняка знатно веселим.
– Возможно, он прав, – сказала я. – Нужного ключа здесь нет.
Я подошла к двери и толкнула. Увы, ожидаемого эффекта не последовало: дверь не открылась. Но все же, не желая расставаться с красивой теорией, я схватилась за круглую ручку и повернула.