Я кивнула, не найдя слов, и села за руль. Она махнула рукой и исчезла в доме, а я выехала со двора, жадно желая добраться до Ривера.
Может, он был прав. Может, если тётя Дон станет подталкивать отца, ему станет лучше — хотя бы настолько, чтобы переехать в Колорадо. Может, всё, что ему нужно, — это зима.
Может, на краю обрыва что-то есть.
Я помчалась по просёлочным дорогам к дому Ривера. Мы никогда так долго не молчали, разве что когда он был на пожаре, и никогда не ссорились так серьёзно. Но я знала, что это можно исправить.
Он — Ривер. Я — Эйвери. Всё просто.
Я заглушила мотор и побежала к дому, даже не дождавшись, пока за мной закроется дверь машины. Зевс не лаял — может, они ушли на пробежку.
Я выудила из связки маленький бронзовый ключ, который он подарил мне много лет назад, и открыла дверь.
— Ривер? Я использовала свой… — воздух вырвался из лёгких, когда я увидела его идеально чистый, идеально пустой дом. — …ключ.
Всё было исчезло. Мебель. Посуда. Миски Зевса. Дом, который я любила, превратился в пустую оболочку. Как-то я заставила себя идти дальше, пока не дошла до кухонной стойки, где лежала стопка бумаг. Договор о продаже и записка для Минди Руис, местного риелтора.
Привет, Минди.
Вот договор о продаже. Прости, что пришлось уехать так быстро. Было логично отправить все мои вещи вместе с вещами Бишопа. Его договор ты найдёшь под моим. Если понадобится что-то ещё, я пришлю свой новый номер из Колорадо. Все ключи здесь, кроме одного. Он у Эйвери Клэр. Пусть оставит. Я заплачу за замену замков, когда ты найдёшь новых покупателей.
Спасибо,
Ривер Мальдонадо
Его больше не было. По-настоящему не было. Потому что я сказала ему уйти.
Моя спина ударилась о шкаф, и я сползла на пол. Обхватив колени руками, я наконец позволила себе выпустить наружу все эмоции, которые держала в клетке.
Я любила его. Всегда думала, что если не признаю этого, то оно не сможет меня ранить, но меня всё равно размололо в пыль. Сказала я это ему или самой себе — не имело значения. Любовь всё ещё была, а боль была чистой агонией.
Я держала его. Касалась его. Любила его. Держала его сердце в своих руках… а потом бросила его обратно.
Мои рыдания эхом разносились по пустому дому, пока у тела не закончились слёзы. Когда я ушла, уже стемнело — и я была разбита.
— Я хочу переехать в Колорадо, — сказала Аделин, помогая мне загружать посудомоечную машину.
— Там есть очень хорошие колледжи. Давай посмотрим, какие. Осталось всего пять лет, — я поставила ещё один бокал в верхний отсек.
— Я хочу поехать туда сейчас.
Мой живот напрягся. — Да, ну… мы не можем. Видишь, что произошло, когда я уехала в прошлый раз.
Прошло три недели с момента, как он словил передозировку. Две — с тех пор, как Ривер переехал в Колорадо.
Одна — с тех пор, как он выложил фото своего нового дома в Instagram с подписью, что теперь он дома, в Легаси, навсегда.
— Где моё пиво? — крикнул папа из гостиной.
— Это был его выбор, — прошептала Адди.
Я взяла чистый стакан из шкафа, наполнила его льдом и водой и вышла из кухни, не отвечая. Как она могла понять? Ей всего тринадцать. Я была на два года старше, когда умерла мама, и даже тогда понимала не всё.
— Вот, — сказала я, ставя стакан на журнальный столик в пределах его досягаемости.
— Что за дерьмо?
— Это вода. Доктор сказал без алкоголя, помнишь? — я про себя досчитала до десяти, напоминая себе, что он — зависимый.
— Мне плевать, что сказал этот доктор. Принеси мне пива, пока твоя тётя Дон не вернулась из магазина.
— Нет, — покачала я головой.
— Девка! — заорал он, и я услышала, как в кухне стихла Адди. Вода всё ещё лилась, но звона посуды больше не было.
— Я отказалась от всего хорошего в своей жизни не ради того, чтобы ты сидел здесь и спивался до смерти, — спокойно сказала я.
— Принеси мне, чёрт возьми, пива! От всего хорошего отказалась? Что ты вообще знаешь? Потому что бросила парня, с которым встречалась от силы пять секунд? Я потерял твою мать!
— Я тоже! — выкрикнула я. — Ты не единственный, кто её потерял!
Что-то просвистело мимо моей головы и разбилось о стену. Я резко обернулась — по стене стекала вода, превращаясь в лужу изо льда и осколков.
— Убери это! — крикнул он.
— Убирай сам, — огрызнулась я и вышла.
Моя грудь судорожно вздымалась, пока я выбегала на улицу, жадно глотая свежий воздух. Я села на ступеньки крыльца, опустив голову в руки. Он, чёрт возьми, бросил в меня стакан. Что будет дальше? Он ударит меня? Или Адди?