Оля медленно кивнула, будто взвешивая каждое слово:
— Хорошо. Но если он тебя ранит…
— Я сама разберусь, — перебила я, стараясь, чтобы голос звучал уверенно. — И, возможно, даже напишу об этом курсовую: «Психология романтических отношений в условиях университетского буфета. Случай из практики».
Оля фыркнула, и напряжение немного рассеялось.
— Только не забудь добавить раздел про «как не сойти с ума от беспокойства за подругу».
Саша улыбнулся:
— И про «как отвлечь подругу от любовных терзаний с помощью курсовой по квантовой физике».
Мы рассмеялись, и этот смех, пусть ненадолго, стёр острые края тревоги.
Когда мы разошлись по аудиториям, я остановилась у окна в коридоре. Дождь начал накрапывать, рисуя на стекле причудливые узоры. В голове всё ещё крутились слова Оли, но теперь к ним добавились и свои мысли: «А вдруг она права? А вдруг я просто вижу то, что хочу видеть?»
Но тут в конце коридора мелькнула знакомая фигура. Денис. Он остановился, оглянулся, будто почувствовал мой взгляд, и на мгновение наши глаза встретились. В его взгляде не было ни игры, ни высокомерия — только что‑то тёплое, почти робкое.
И в этот момент я поняла: я не смогу просто отмахнуться. Даже если всё пойдёт не так, я должна попробовать. Потому что иногда риск — это не глупость. Иногда это просто шанс узнать, что скрывается за маской.
Глава 21 Денис
Действуем по плану
После пар я рванул к отцу в офис. Анна выходила из-под контроля, да и папа не сидел сложа руки борьба продолжалась и во время моих занятий. Я вошёл без стука — этот ритуал давно стал привычным.
— Ты опоздал, — отец не поднял глаз от документов, его голос звучал ровно, без тени упрёка, но я знал: это лишь видимость.
Я опустился в кресло напротив, стараясь не выдать внутреннего напряжения.
— Пробки, — коротко ответил я, расстегивая пиджак. — Город сегодня словно взбесился.
Отец наконец оторвался от бумаг, его взгляд скользнул по моему лицу, будто сканируя.
— Неважно. У нас мало времени. Орлов начинает что‑то подозревать.
Я выдохнул, стараясь сохранить спокойствие.
— Он осторожничает, но идёт на контакт. Его дочь пытается давить — звонит, пишет, настаивает на встречах. Но это работает против них: чем активнее она действует, тем больше он сомневается.
Отец откинулся на спинку кресла, скрестив пальцы.
— Анна — слабое звено. Используй это.
Я кивнул, вспоминая разговор с Анной. Её глаза, полные надежды, её наивные попытки казаться уверенной.
— Уже. Она влюблена, а это делает её предсказуемой.
— Хорошо. Что с проектом?
Я достал из портфеля папку, аккуратно положил перед отцом.
— Я внёс несколько изменений в стратегию. Добавил пункты о совместных инвестициях в новые технологии — это должно сыграть на его амбициях. Если всё пойдёт по плану, через месяц Орлов сам предложит нам партнёрство.
Отец открыл папку, пробежал глазами по строкам. Его губы дрогнули в едва заметной улыбке.
— Неплохо. Но будь осторожен. Не забывай о главной цели.
Я сжал подлокотники кресла, чувствуя, как внутри закипает упрямая решимость.
— Я помню. Это не просто сделка. Это шанс доказать, что я могу… что я достоин.
Он поднял взгляд, и на секунду в его глазах мелькнуло что‑то похожее на одобрение.
— Докажешь, когда всё будет подписано. А пока — держи ситуацию под контролем. Особенно с Анной.
Я достал второй документ, развернул перед ним графики.
— Вот анализ их последних сделок. Нашли несколько уязвимых мест: задержки поставок, проблемы с логистикой. Если надавить на это, он начнёт искать выход — и мы будем рядом с готовым решением.
Пока отец изучал бумаги, я невольно отвлёкся. Перед глазами всплыло лицо Даны — её улыбка, когда она рассказывала о своём проекте, её искренний смех над моей неудачной шуткой. В груди защемило от странного чувства: будто я балансирую на грани двух миров.
— О чём задумался? — голос отца вернул меня в реальность.
Я моргнул, пытаясь собраться.
— Ни о чём важном. Просто… продумываю следующий шаг.
Он закрыл папку, пристально посмотрел на меня.
— Помни: эмоции — это роскошь, которую мы не можем себе позволить. Особенно сейчас.
Я кивнул, но внутри что‑то сжалось. Как объяснить ему, что Дана — не часть плана? Что её искренность, её мечты о психологическом центре — это не инструмент, а… что‑то настоящее?
— Я понимаю, — сказал я, стараясь, чтобы голос звучал твёрдо. — Всё под контролем.
Отец встал, подошёл к окну. За стеклом мелькали огни города, словно напоминание: здесь каждый сам за себя.
— Хорошо. Но если почувствуешь, что ситуация выходит из-под контроля…