Она кивнула, но не произнесла ни слова. Просто смотрела на меня, будто видела впервые. В её взгляде было что‑то, от чего внутри всё переворачивалось — будто она разгадала меня, увидела то, что я так долго прятал.
— Пойдём отсюда, — я взял её за руку. Её ладонь была такой маленькой в моей. Такой нежной. Такой правильной. — Сейчас.
На улице я наконец смог вдохнуть полной грудью. Ночной воздух был прохладным, но я не чувствовал холода — только тепло её руки в моей, только бешеный стук собственного сердца, который, казалось, слышал весь мир.
— Почему… — начала она, и в её голосе звучала растерянность, смешанная с чем‑то ещё — с тем, что я боялся назвать.
— Потому что никто не имеет права, — перебил я. — Никто не имеет права трогать тебя… кроме меня! (последнее я не озвучил, но оно повисло между нами, как невысказанная правда).
Её глаза наполнились слезами. Чёрт, только не это. Ненавижу женские слёзы — они разрывают меня на части. Но в этих слезах не было боли, только что‑то глубокое, настоящее.
— Спасибо, — прошептала она, и этот шёпот пронзил меня насквозь.
— Ты… ты не должен был, — сказала она, пытаясь улыбнуться. — Мог бы просто позвать охрану.
— Не хотел ждать, — ответил я, смотря ей в глаза. — Не мог.
И тут я понял, что больше не могу сдерживаться. Наклонился и поцеловал её. Поцеловал так, как мечтал уже давно — без масок, без игр, без слов, которые только мешают. Её губы были мягкими, податливыми. Она ответила на поцелуй. О, боги, она ответила! В этот момент весь мир перестал существовать — остались только мы, этот поцелуй и ощущение, что я наконец‑то дома.
Но нас прервали!
— Стойте! — крикнул Саша, вылетевший из клуба, его голос прозвучал хрипло, сорвавшись на последнем слоге.
Я немного отстранился, медленно повернулся, держа одну руку на талии Даны. В его глазах читалось холодное презрение.
— Что тебе нужно? — спросил я, не скрывая раздражения.
— Отпусти её. Немедленно. – сказал Саша, сжимая кулаки
Дана, стоявшая рядом, только ближе прильнула ко мне, как будто боялась, что я ее отдам ему, глупышка.
— Ты не имеешь права её целовать! — его голос дрожал от гнева. — Ты… ты просто использовал ситуацию!
- Сядь в машину Дана – сказал Денис разблокировав машину и нежно подтолкнув Дану в том направлении.
Денис шагнул вперёд, нависая над ним.
— А ты? Где ты был, когда её пытались обидеть? Прятался за своими подругами?
Саша поменялся в лице, его кулаки разжались.
— Я… я просто… — пытался он что-то мямлить
— Ты просто что?! Ну! Давай продолжай. – проорал я, наступая на него.
- Я должен был заступиться за нее. Но я испугался. Это было низко с моей стороны.
- сказал Саша, опустив голову.
- Она мне дорога, не вмешивайся – кинул я ему уходя к машине.
Сев в машину посмотрел на испуганную Дану которая смотрела в окно наблюдая как Саша уходит, растворяясь в ночной темноте.
— Ты в порядке? – спросил я ее. – Знай, я не кому не дам тебя в обиду. Обещаю.
- Нормально – ответила она, продолжая смотреть в окно.
— Поедем? — спросил я. — Куда‑нибудь, где тихо.
Она колебалась. Секунду. Две. Три. Каждая из них казалась вечностью.
— Да, — наконец прошептала она. — Поедем.
И в этот момент я понял — всё, что было до этого, было просто прелюдией. Важным было только сейчас. Только здесь. Только с ней.
— Куда поедем? — спросила она, и в её голосе я уловил ту самую ноту — смесь тревоги и восторга, которую чувствовал сам.
Я остановился, посмотрел ей в глаза. В темноте они казались ещё глубже, ещё таинственнее. И вдруг понял: неважно куда. Главное — быть рядом.
— Туда, где будем только мы, — ответил я, не отводя взгляда. — И где я смогу наконец поцеловать тебя нормально.
Её улыбка стала ярче — не яркая вспышка, а тихое, тёплое сияние, от которого внутри всё переворачивалось. В этот момент я осознал, как много пропустил, прячась за маской безразличия.
— Поехали, — сказала она, и в этом простом слове было столько тепла, столько доверия, что у меня перехватило дыхание.
Мы двинулись вперёд, и каждый шаг уводил нас дальше от шума клуба, от масок и игр. Впереди — неизвестность, но впервые за долгое время она не пугала. Потому что теперь я знал: что бы ни ждало нас впереди, я не один. И она — не одна.
Ночной город расстилался перед нами, как полотно, на котором мы могли написать свою историю. Свою, настоящую. Без фальши, без притворства. Только мы — и правда, которую больше не нужно скрывать.
Глава 26 Дана
Машина Дениса плавно подъехала к дорогой высотке в центре города. Он быстро выбрался из салона, обошёл автомобиль и церемонно распахнул передо мной дверцу. Во взгляде его промелькнуло что-то новенькое, необычное, что раньше я не замечала.