— Пойдём, — тихо произнёс он, протягивая руку.
- Куда ты нас привез – спросила я, осматриваясь
- К себе – коротко ответил он
В лифте мы стояли так близко друг к другу, что я чувствовала тепло его тела. Его рука слегка дрожала, когда он прижимал меня к себе.
Когда двери лифта открылись, Денис повёл меня в квартиру.
Просторное помещение было оформлено в приглушённых тонах —белогоцвета стен оттенялся тёмным деревом мебели. Огромные окна с тяжёлыми шторами сейчас были слегка приоткрыты, впуская в комнату прохладный ночной воздух.
В центре комнаты располагался стильный диван из серой кожи, перед ним — стеклянный кофейный столик. На полу — мягкий ковёр с высоким ворсорм, создающий ощущение уюта. Напротив, дивана висел огромный телек.
Вдоль одной стены тянулся стеллаж с книгами и различными безделушками. Я заметила несколько фотографий в рамках, но не успела их рассмотреть.
Не говоря ни слова, он включил мягкое освещение, и комната наполнилась тёплым светом от скрытых светильников. Атмосфера получилась одновременно роскошной и домашней.
— Хочешь чего-нибудь выпить? — спросил он, не отпуская моей руки.
— Нет, — прошептала я, глядя ему в глаза.
- Чувствуй себя как дома, - сказал Денис снимая куртку и кидая ее на диван – я сейчас подойду.
Я подошла к окну его просторной гостиной и замерла, любуясь мерцающим ночным городом. Мерцающие огни, словно россыпь бриллиантов, раскинулись внизу.
Обернувшись, я увидела Дениса. Он двигался медленно, словно боялся спугнуть момент. Расстояние между нами таяло: метр, полметра… Его запах — терпкий, мужской — окутал меня сильнее любого парфюма. Приподняв подбородок, я посмотрела ему в глаза.
— Ты прекрасна, — прошептал он, и его рука сама собой поднялась к моему лицу. Тёплые пальцы скользнули по щеке, зарылись в волосы.
Я прикрыла глаза, впитывая каждое его прикосновение. Губы встретились легко, осторожно, будто мы оба хотели убедиться, что это правильно. Но уже через мгновение осторожность исчезла.
Наш поцелуй стал глубоким, жадным, ненасытным. Его язык играл с моим, пробуждая желание каждой клеточкой моего тела. Сердце бешено колотилось, дыхание сбилось, голова закружилась от нахлынувших ощущений. Каждая секунда становилась бесконечной, полная напряжения и предвкушения. Его руки скользили по моему телу, изучая, исследуя. Я отвечала с той же страстью, с той же жаждой.
— Здесь… кто-то может… — попыталась я произнести между поцелуями, но его губы заглушили мои слова.
— Не придёт, — прошептал он, покрывая поцелуями мою шею. — Я живу один.
Его ладони скользили по моей спине, медленно расстегивая застёжку платья. Я чувствовала, как с каждым движением воздух становится всё горячее, как будто весь мир сузился до нас двоих. Его пальцы скользили по моей коже, оставляя огненные следы.
Мои пальцы торопливо расстёгивали пуговицы его рубашки, одну за другой. Его кожа была тёплой и гладкой под моими ладонями, а его татуировки сводили меня с ума. Платье скользнуло вниз, обнажая мою полную грудь.
Его сильные руки легко подняли меня, словно я была невесомой. Я почувствовала, как земля уходит из-под ног, а его губы продолжают жадно впиваться в мои. Мир сузился до его объятий, до этого момента, до него.
Через несколько секунд он опустил меня на огромную кровать. Его движения были уверенными, точными.
Одним плавным движением он стянул с меня платье, которое держалось только на моих бедрах. Я осталась в кружевном белье, чувствуя, как кровь приливает к щекам. Мне было неловко, он первый кто на меня смотрел. Денис отстранился, и я привстала на локти, чтобы увидеть его. То, что я увидела, заставило моё сердце забиться чаще.
В свете луны его обнажённый торс казался высеченным из мрамора. Татуировки, покрывающие грудь, шею и руки, создавали причудливый узор, который завораживал, хотелось изучить каждую из них. Он стоял передо мной, всё ещё в брюках, и этот контраст между обнажённым верхом и одеждой внизу создавал невероятное напряжение. Его глаза, тёмные, как ночь за окном, встретились с моими. В них я увидела что-то первобытное, что-то, что заставило меня затрепетать.
Медленно, словно наслаждаясь каждым мгновением, он начал расстёгивать пряжку ремня. Его взгляд не отрывался от моего лица, будто он хотел запомнить каждую эмоцию, каждое изменение в выражении моих глаз.
Когда он снял брюки, я увидела его полностью. Его тело было совершенным, словно произведение искусства. Каждая мышца, каждый шрам рассказывали свою историю. Я почувствовала, как внутри меня разгорается огонь. Его руки снова нашли моё тело, и я растворилась в ощущениях.