Её глаза замерли на стене, а сердце застучало быстрее. Она помнила всё: его слова, исходившую от него силу, и его предупреждение.
— Никто не должен узнать… — прошептала она в ночной тишине.
Её тело дрожало от пережитых ощущений, но внутри, глубоко в душе, разгоралось нечто новое. Это была сила. Это была энергия. Это был её дар.
Или её проклятие.
Утро началось тяжело. Аня едва смогла подняться с кровати, каждое движение давалось ей с трудом. Её тело ломило, словно она целую ночь носила на плечах тяжёлый груз. Голова кружилась, а руки дрожали, как у человека, только что выбравшегося из ледяной воды.
Она сидела на краю кровати, с трудом удерживая себя от слёз.
— Ты должна, — прошептала она самой себе.
Перед глазами вспыхнули образы: лицо волхва, его строгий взгляд, слова, что врезались в её память: "Ты должна показать, что можешь больше."
"Я не могу сдаться," — решила она, поднявшись на ноги.
Она вышла на улицу и увидела, что лес всё ещё окутывал туман, густой и тяжёлый. Он словно знал, что ей предстоит, и пытался скрыть от неё свои тайны. Аня натянула плащ, крепче стянула пояс и вышла на тропинку.
Каждый шаг давался ей с усилием. Боль отзывалась в каждом суставе, в каждой мышце. Но страх перед неудачей гнал её вперёд.
— Я должна что-то сделать. Я должна понять, как использовать этот дар, — повторяла она, как мантру.
Её мысли возвращались к словам Бессмертного.
"Ты должна понять, что это за дар и как им пользоваться."
"Но как я могу понять, что это за дар, если никто не объясняет?"
Когда она углубилась в лес, вокруг неё стало необычайно тихо. Но тишина была странной, наполненной невидимыми звуками.
Аня замерла, вслушиваясь.
И вдруг она поняла, что слышит. Не просто слышит — она различала каждый шорох, каждый звук. Едва уловимый хруст ветки где-то далеко, мягкий шелест листьев, движение крохотного насекомого в траве.
— Что... что это? — прошептала она, поворачивая голову.
Мир вокруг ожил. Она чувствовала его, как никогда раньше.
Её взгляд скользнул по деревьям, и она заметила, что их листья сияют, будто покрыты утренней росой. Кора стволов казалась не просто коричневой — она переливалась сотнями оттенков. Всё вокруг стало таким ярким, что она прикрыла глаза.
"Это дар," — поняла она, и сердце её замерло.
Но дар был не тем, что можно было просто использовать, когда захочется. Она пыталась сосредоточиться, направить эту силу, но ничего не происходило.
Аня подошла к куче сухих веток и протянула руку, пытаясь вновь зажечь огонь, как она сделала несколько дней назад.
— Пожалуйста, сработай, — прошептала она, но ничего не получилось.
Её руки дрожали, но не от холода, а от отчаяния.
— Почему? Почему у меня ничего не выходит?
Слёзы потекли по её щекам. Она села на землю, обняв себя за плечи и заплакала.
Она не знала, сколько прошло времени, но, когда подняла голову, лес вокруг выглядел иначе. Туман начал рассеиваться, и мягкий свет солнца пробивался через ветви.
Именно тогда она заметила это.
Мир вокруг был пронизан тонкими нитями, едва различимыми, тоньше самой паутины. Они двигались, колыхались, как будто от слабого ветра, хотя воздух был неподвижен.
Аня замерла, глядя на эти нити.
"Что это? Они всегда были здесь?"
Она протянула руку, и одна из нитей слегка зацепилась за её пальцы.
В этот момент она почувствовала нечто странное. Её пальцы будто наполнились энергией, лёгким покалыванием, которое переходило в ладонь и поднималось выше, к плечу.
Она попыталась ухватить нить сильнее, и у неё получилось.
— Я могу их чувствовать...
Она начала наматывать нить на пальцы, как будто сматывала клубок. Другие нити стали двигаться к ней, переплетаясь, скручиваясь вокруг её рук.
Чем больше нитей она собирала, тем сильнее становилось ощущение энергии. Тело уже не болело, а в сердце вместо отчаяния зарождалась надежда.
Когда она собрала достаточно, нити превратились в небольшой клубок, мерцающий мягким светом.
— Что с тобой делать? — прошептала она, глядя на клубок.
Ответ пришёл сам. Она сжала клубок, и тот вспыхнул фиолетовым пламенем, сформировав маленький огненный шар.
Аня уставилась на него глазами, полными изумления.
— Я сделала это...
Она подняла шар повыше, чувствуя его тепло, но он не обжигал её. Он казался живым, как если бы был частью её самой.