У дверей висели амулеты, сделанные из сухих веток, связанных в сложные узоры. Некоторые украшали крошечные пучки трав или костяные подвески, которые едва слышно позвякивали на ветру.
Аня сделала ещё один неуверенный шаг на поляну, её ноги тонули в мягкой траве. Она попыталась сдержать дыхание, чувствуя, как сердце гулко стучит в груди. Взгляд девочки метался между амулетами, тенями и горящими дровами. В этом не было случайности. Это место как будто знало, что она придёт.
На пороге одного из домов сидела женщина. Её стройная, уверенная фигура и длинное платье из грубой ткани казались частью лесного пейзажа. Волосы, тёмные и гладкие, были туго заплетены в толстую косу, спадающую на плечо.
Рядом с ней стоял мальчик, лет семи или чуть больше. Его льняная рубаха, простая, но чистая, казалась почти нарядной в этом суровом и неприветливом месте. Его лицо было серьёзным, слишком сосредоточенным для ребёнка. Глаза мальчика сверлили Аню взглядом, каким старики смотрят на тех, кто посягнул на их тайны.
Женщина первой заметила Аню. Она прищурилась, её серые глаза внимательно всматривались в девочку, словно стараясь разгадать тайну.
— Ты кто такая, дитя? — спросила она. Её голос был низким, глубоким, как эхо леса, и от него по спине Ани пробежал холодок.
Аня замерла. Что сказать? Как объяснить всё это, если она сама ничего не понимала?
— Я… Я потерялась, — наконец произнесла она, чувствуя, как её голос предательски дрожит.
Женщина нахмурилась, прищурила глаза ещё сильнее, а мальчик шагнул чуть ближе, его босые ноги бесшумно ступали по траве.
— Откуда ты взялась? — продолжала женщина, её голос стал тише, но от этого казался ещё более угрожающим.
— Я не знаю, — честно ответила Аня, чувствуя себя всё более неуверенно. — Я была у себя дома, во дворе… Потом появился свет, и теперь я здесь.
Женщина молча смотрела на неё ещё несколько секунд, затем её лицо смягчилось. Она вздохнула, словно приняла какое-то внутреннее решение.
— Ладно, заходи. Тут небезопасно, — наконец сказала она, махнув рукой в сторону дома.
Аня с облегчением последовала за ней, но страх не отпускал её.
Дом оказался небольшим, но внутри царила уютная, почти сказочная атмосфера. Центральное место занимал массивный деревянный стол, покрытый травами, кореньями и мисками с чем-то белёсым, похожим на муку. Запах трав заполнил всё пространство, насыщенный, терпкий, он казался живым. Аня ощутила, как этот аромат окутывал её, проникая в лёгкие и наполняя их чем-то неуловимо странным.
На стенах висели пучки сушёных растений. Их листья казались почти иссохшими, но их запах был насыщенным, как будто сила этих трав только увеличилась со временем. В углу мерцал очаг, в котором горел ровный, почти спокойный огонь. В подвешенном над огнём чугунном котелке что-то булькало, издавая мягкие, убаюкивающие звуки.
— Садись, — велела женщина, указывая на лавку у стены. Её движения были быстрыми, но не резкими.
Аня осторожно села, но её мышцы оставались напряжёнными. Она не знала, можно ли доверять этим людям, и украдкой искала глазами выход. Её взгляд остановился на мальчике, всё ещё стоящем у двери. Он изучал Аню с любопытством, но не говорил ни слова.
Женщина повернулась к котелку, достала деревянный черпак и начала наливать что-то горячее в кружку.
— Как звать-то тебя? — спросила она, не оборачиваясь.
— Аня, — ответила девочка.
— А я Настасья, — сказала женщина, кивнув, будто сама себе. — А это мой сын, Ярослав.
Мальчик коротко кивнул, продолжая молча разглядывать незваную гостью.
Настасья поставила перед Аней простую деревянную кружку. Напиток пах мятой и чем-то терпким, и этот запах немного успокаивал.
— Ты не отсюда, — сказала женщина, внимательно глядя на девочку. Это был не вопрос, а утверждение, и в нём не было ни капли сомнения.
Аня не знала, что ответить. Она кивнула, опустив глаза.
— Лес не приводит сюда просто так. Это не место для заблудших, — продолжила женщина, и её голос стал жёстче. — Если ты здесь, значит, это зачем-то нужно.
Эти слова поразили Аню, будто резкий порыв ветра внезапно сбил её с ног. Она подняла взгляд, встречаясь с серыми глазами женщины, и попыталась что-то сказать, но не смогла. Слова застряли в горле, оставляя её в тишине, разрываемой лишь потрескиванием огня.
— Так, значит, ты не знаешь, как сюда попала? — продолжила она, усаживаясь на скамью напротив.
— Нет. Я просто… — Аня замялась, с трудом подбирая слова. — Я была в Москве. Это город, и…