Лукас и Кин появились позади Холдена. В глазах Лукаса промелькнула легкая паника.
— Что происходит?
Энсон крепче прижал меня к себе, издав низкое рычание.
— Мы как раз собирались сесть за наш столик.
— Вот дерьмо, — пробормотал Кин.
Взгляд Холдена остановился на руке Энсона.
— Почему бы вам, ребята, не посидеть с нами?
Эти слова прозвучали так, словно их было больно произносить.
— Конечно, — ответила я прежде, чем Энсон успел послать Холдена к черту. — Это было бы здорово.
Да, просто замечательно. Мне просто придется предотвратить Третью мировую войну из-за арахисового масла и желе.
— 17-
Глаза Кэсс комично расширились, когда мы приблизились. Ридж переместился так, что почти полностью скрыл ее из виду, хмуро глядя на Энсона, а Джек, казалось, придвинулась ближе к ней с другой стороны. Я послала ей умоляющий взгляд. Хмурые взгляды и гримасы остальных парней за столом сказали мне, что ни один из них не поможет сохранить мир.
Кэсс, казалось, поняла мое молчаливое послание и просияла.
— Привет, Энсон. Как ты?
Он несколько раз моргнул, а затем прочистил горло.
— Хорошо. А ты?
— Все по-старому, все по-старому. Уже тону в домашней работе.
Я опустилась на одну из скамеек.
— Привет, ребята.
Я получила множество приветствий, когда Энсон опустился на сиденье по одну сторону от меня, а Холден — по другую.
Кэсс глянула на мою руку.
— Черт, Роуэн. Что случилось?
— Жасмин сбила ее с ног в спортзале, ударила так сильно, что потом она потеряла сознание, — услужливо ответил Энсон.
В глазах Кина появилась жесткий блеск, голубизна стала арктической.
— Ты серьезно?
Энсон кивнул, сжав челюсти.
— Она настоящая сука.
— Все было не так уж плохо, — возразила я.
Энсон бросил на меня взгляд.
— Мне пришлось подхватить тебя, когда ты потеряла сознание, чтобы ты не проломила себе череп. Я бы сказал, что это плохо.
Лукас наклонился вперед, чтобы лучше видеть меня.
— Ты уверена, что с тобой все в порядке?
— Медсестра осмотрела меня. Я в полном порядке. Мне следовало съесть побольше на завтрак. Вот почему я упала в обморок.
Кэсс оглядела кафетерий.
— Интересно, почему здесь нет Джаз. Она никогда не упускает шанса потереться о Холдена.
Я украдкой взглянула на Холдена, который немного покраснел.
— Вы, ребята, вместе?
Его глаза вспыхнули, когда он покачал головой.
— Нет. Я никогда не давал ей повода думать, что мне это интересно. — Мускул на его челюсти дрогнул. — Но мы выросли вместе. Ее мама и мой папа очень близки. Много людей думают, что в конечном итоге мы будем вместе.
От его слов в моей груди расцвела боль. Я могла видеть их вместе. Ее тьма… его свет. Они были бы прекрасной парой. И были ли их семьи близки…
Холден сжал мое бедро, возвращая мое внимание к нему.
— Она меня не интересует. Нет. Пожалуйста, поверь в это.
В горле вспыхнул жар. Почему мне от этого хотелось плакать? Кожа начала зудеть, это ощущение «слишком туго для тела» становилось знакомым. Я на минуту закрыла глаза, пытаясь сосредоточиться.
— Холден, поменяйся со мной местами.
Я открыла глаза от слов Лукаса. Холден пристально посмотрел на друга. Лукас послал ему глазами какое-то нечитаемое сообщение, и Холден встал, давая Лукасу возможность подвинуться. Лукас обнял меня за плечи и притянул к себе.
— Ты выглядела так, словно тебе не помешали бы объятия.
Я растаяла в его объятиях. Мне было все равно, смотрит ли на меня весь кафетерий. Это был адский день, и я нуждалась в небольшом утешении. В тот момент, когда тепло Лукаса начало просачиваться в меня, ощущение зуда исчезло.
— Спасибо тебе, — прошептала я.
Когда я выпрямилась и открыл глаза, то обнаружила, что весь стол смотрит на меня. Кэсс и Джек с любопытством переглядывались. Ридж, будто я была головоломкой, которую он пыталась сложить воедино. Кин послал мне улыбку кота, который поймал канарейку. Я могла поклясться, что Холден смотрел на меня с тоской в этих глубоких синих глубинах.
Глаза Энсона расширились, когда он перевел взгляд с меня на Лукаса, затем на Холдена и Кина.
— Неужели все вы…
— Энсон, — отрезал Холден. — Не сейчас.
Тот сжал челюсти, но кивнул.
Я оперлась локтями о стол и сжала пальцами переносицу.
— Ради всего святого, не могли бы мы, пожалуйста, немного снизить уровень тестостерона.
Ридж разразилась лающим смехом.