И тогда Макс, не раздумывая, бросился в бой рядом с ней — потому что её битва стала его.
В последний момент, перед тем как мир взорвался светом и тьмой, их взгляды встретились. И в этом взгляде было всё - страх и отвага, боль и надежда, и то самое чувство, которое они так боялись назвать.
Он сжал её руку в последний раз перед прыжком.
— Вместе,- прошептал он.
— Всегда, - ответила она.
Потому что они не могли иначе.
Потому что они любили.
И даже если весь мир поглотит тьма — они никогда не отпустят руку друг друга.
Глава 22: Искра и Тьма
Взрыв магической энергии ослепил всё вокруг. Мари чувствовала, как её сила вырывается наружу неудержимым потоком, смешиваясь с древней тьмой отца. Воздух звенел, как натянутая струна, а земля под ногами превратилась в море трещин.
Макс, прикрывая её своим телом, успел перехватить удар тёмного клинка, направленный ей в спину. Сталь встретилась со сталью с оглушительным лязгом.
— Не отвлекайся! — крикнул он, отбрасывая тварь с когтями.
Мари едва кивнула, её руки дрожали от напряжения. Фиолетовые молнии обвивали её предплечья, но она чувствовала — этого недостаточно.
Предводитель Тьмы стоял неподвижно посреди хаоса, его плащ колыхался в несуществующем ветре.
— Ты слаба, дочь. Как и твоя мать.
Эти слова обожгли больнее любого заклинания. Мари вскрикнула, и её энергия рванула вперёд слепым ударом. Камень под ногами отца раскололся, но он лишь усмехнулся.
— Гнев — плохой советчик.
Макс, пробиваясь сквозь строй теней, оказался рядом. Его ладонь легла на её спину — тёплая, живая, настоящая.
— Дыши, — прошептал он прямо в ухо. — Он хочет вывести тебя из равновесия. И помни это уже не твой отец. Это тьма, поглотившая его. Всё что он говорит это не правда и ты знаешь, что отец никогда бы так не сказал.
Его дыхание обожгло кожу. Мари закрыла глаза на секунду, ощущая, как его присутствие возвращает её в себя.
— Я...
— Ты сильнее его. Просто помни, для чего сражаешься.
Она открыла глаза — и увидела за спиной отца, Каина, чьи золотые глаза внезапно вспыхнули ярче солнца.
— Сейчас! — крикнул он.
Мари вскинула руки. На этот раз её энергия била точно в цель — прямо в грудь Предводителя. Он отлетел назад, впервые за весь бой показав удивление.
Но победа была мимолётной.
Тьма сгустилась вокруг него, затягивая раны.
— Забавно, — прозвучал его голос уже со всех сторон сразу. — Но искры недостаточно, чтобы погасить вечную ночь.
Земля содрогнулась. Из трещин полезли новые тени — больше, страшнее, голоднее.
Андрей, до этого сдерживавший натиск с фланга своими водными баррикадами, сплюнул кровь.
— Нам нужен другой план, ребята!
Мари почувствовала, как Макс крепче сжимает её руку.
Воздух трещал от сталкивающихся энергий, когда магический взрыв вновь разорвал пространство. Мари ощущала, как её силы иссякают - фиолетовые молнии на руках стали блеклыми и прерывистыми.
—Ты слабеешь, дочь, - раздался холодный голос Предводителя. Его тёмный плащ колыхался, хотя ветра не было.
Макс резко развернулся, его меч, покрытый огнём, сверкнул в воздухе, отражая атаку твари с когтями.
— Не слушай его! — крикнул он, отбрасывая противника. Его рука схватила Мари за запястье, и она почувствовала прилив тепла.
Каин, сражавшийся рядом, внезапно замер. Его золотые глаза расширились.
— Мари... твоя магия... - он указал на её руки, где фиолетовый свет начал смешиваться с золотыми искрами.
Андрей, едва сдерживающий водными барьерами натиск тварей, обернулся:
— Что происходит?
Мари посмотрела на свои ладони. Энергия пульсировала по-новому, странно знакомо.
— Это... не моя сила, — прошептала она.
Каин шагнул ближе, его голос дрожал:
— Ты не просто носишь Искру. Ты - последняя наследница Древних. Твоя мать... она скрыла это от всех. Даже от него.
Предводитель Тьмы вдруг замер. Его глаза впервые отразили нечто кроме холодной уверенности.
— Невозможно...
Макс крепче сжал руку Мари:
— Что это значит?
Каин поднял голову:
— Она может контролировать не только свет, но и тьму. Обе силы - часть её. Независимо кто были её родители.
Мари почувствовала, как что-то щёлкнуло внутри. Воспоминания хлынули потоком - материнские уроки, странные символы, которые она заставляла рисовать...
— Я... помню, — её голос окреп. — Она учила меня соединять их.
Тьма вокруг Предводителя заволновалась, как испуганное животное.
— Ты не сможешь, — прошипел он, но в его голосе впервые прозвучали сомнения.