Из тучи вылетела огненная вспышка и рухнула на мостовую в десяти метрах от нее.
— Макс!
Она бросилась вперед.
Он лежал на боку, куртка дымилась, лицо покрыто сажей и... чем-то темным, липким.
— Живой? — прошептала Мари, хватая его за плечи.
Макс застонал. Его глаза открылись — золотистый свет в них был тусклым, но еще горел.
— Говорил же... не оглядывайся...
За спиной у Мари воздух снова сгустился.
Она медленно обернулась.
Туман сжимался, формируя фигуру — высокую, слишком худую, с длинными, как у паука, конечностями.
— Khar n'goth vell...— прошипело существо.
Мари встала между ним и Максом.
— Отойди.
Ее руки вспыхнули голубым светом.
Существо рассмеялось.
И бросилось на нее.
На фабрику они добрались только к утру.
Макс, хромая, опирался на ее плечо. Мари тащила его как могла — ее собственная рука была покрыта странными черными прожилками, будто от удара молнии наоборот.
— Ты... убила его? — пробормотал Макс, сползая на ржавые трубы у входа.
— Нет, — Мари посмотрела на свои ладони.
— Я его... поглотила.
Внутри что-то шевелилось.
Что-то чужое.
Макс медленно поднял голову.
— Они знают о тебе. Теперь они придут за тобой по-настоящему.
Мари сжала кулаки.
Где-то в глубине, в самой ее крови, отозвалось эхо того чужого голоса:
*Khar n'goth...*
Она поняла — это только начало.
Глава 4. Правда
Дождь начался внезапно — тяжелые капли барабанили по крыше заброшенного склада, где они спрятались.
Внутри пахло сыростью и машинным маслом. Мари дрожала, но не от холода — перед глазами все еще стояли эти пустые глазницы, это шепчущее "khar n'goth".
—Что это было?— Голос Мари звучал хрипло.
—Разведка. Теперь они знают о тебе.— Он нервно провел рукой по волосам, оставляя за собой дымный след.
— Собирайся, — сказал он. — Мы идем к тем, кто знает правду.
— Какую правду?
— Почему мы такие.
Он протянул руку. В его глазах горело что-то новое — не насмешка, а решимость.
Мари взяла его ладонь.
Искры снова сплелись между их пальцами.
На этот раз она не испугалась.
—Ты обещал мне всё объяснить!
Макс взглянул на нее, и в его золотистых глазах Мари впервые увидела непонимание.
—Ты действительно не знаешь? Твои родители ничего не говорили?
—Моя мать умерла, когда мне было семь! Отец...— Голос сорвался. —Отец после того дня стал чужим, пустой оболочкой.
И тут в голове сложился весь пазл.
Макс медленно подошёл к стене, где кто-то давно нарисовал углем странные символы. —Это не просто сила, Мари. Это наследие. Ты — дочь Избранных.
Он провел пальцем по кругу с молнией внутри. —Твоя мать Лора Альян. Она контролировала ветер.
Мари почувствовала, как земля уходит из-под ног. —Откуда ты...
—Мы все знаем историю Лоры. Она первая, кто попытался закрыть Врата.
Макс повернулся к ней. —А твой отец... Эдгар Альян. Он был Хранителем.
Капли дождя за окном вдруг замерли в воздухе. Мари увидела их — тысячи сверкающих точек.
—Он... он жив?
Макс сжал ее плечо. Его пальцы жгли кожу даже через ткань. —Он стал другим. После того как Лора... После Врат. Теперь он ведет их. Тьму.
Внезапно Мари вспомнила — «отец в дверях ее комнаты в ту ночь. Его глаза, ставшие черными-черными. Шепот: —Она не ушла. Она там.»
—Нет.— Она отшатнулась. —Ты лжешь. Он просто сломался от горя! Он...
Где-то на улице раздался вой — не собачий, не человеческий. Макс резко дернул ее за руку.
—Они идут. Сейчас не время для кризиса!
Но Мари не могла двигаться. Все, во что она верила, рассыпалось в прах.
—Почему я? Почему сейчас?
Макс прижал ее ладонь к своей груди. Под пальцами она ощутила горячее биение сердца и... что-то еще. Глубокий шрам в форме кольца.
—Потому что Врата снова открываются. И ты — последняя искра. Искра надежды.
Снаружи послышался треск ломающегося забора. Макс выдохнул струйку дыма.
—Решай, Молния. Бежать или сражаться. Но выбирай быстро.
Мари посмотрела на свои руки. Вспомнила мамины глаза на старой фотографии. Папин смех, каким он был до...
Искры вокруг ее пальцев вдруг слились в ровное голубое сияние.
—Я хочу правду. Всю.
Макс усмехнулся. —Тогда пора познакомиться с Андреем.
Он распахнул заднюю дверь. Где-то в ливне маячил силуэт с зонтом, но дождь... дождь не падал вокруг него, образуя идеальную сухую сферу.
Мари сделала шаг вперед. Первый шаг к правде. Первый шаг к войне.