Глава 5. Выбор
Дождь расступился перед ними, как занавес.
Мари шла следом за Максом, чувствуя, как капли застывают в воздухе, едва приближаясь к незнакомцу, образуя сверкающую сферу.
— Андрей, — представился человек с зонтом.
Его лицо было покрыто шрамами, будто кто-то провел по коже молнией. Глаза — два куска льда — изучали Мари без эмоций.
— Так ты дочь Лоры, — произнес он. Голос у него был тихий, но Мари услышала каждое слово сквозь шум ливня.
— Вы знали её?
Андрей повернулся и махнул рукой. Дождь вокруг них замер, превратившись в миллионы сверкающих кристаллов.
— Я знал их обоих. До того, как Эдгар предал нас.
Он щелкнул пальцами, и капли слились в изображение — высокого мужчину с печальными глазами и женщину с вьющимися волосами, такой же, как на старых фотографиях Мари.
— Лора и Эдгар Альян. Последние Хранители Врат.
Макс нервно заерзал рядом. — Может, без экскурса в историю? Они уже близко.
Андрей не обратил на него внимания.
— Твоя мать пыталась закрыть Врата навсегда. Но что-то пошло не так.
Изображение изменилось — теперь Мари видела огромную арку, покрытую странными символами. Из неё лился черный свет.
— Эдгар должен был её поддержать. Вместо этого...
Картинка дрогнула. Мужчина в изображении протянул руку — но не к жене, а внутрьВрат.
Мари почувствовала, как её тошнит.
— Он... он помог им войти?
Андрей сжал кулак, и изображение рассыпалось.
— Они предложили ему тебя. Его маленькую дочь. Живую и невредимую... в обмен на свободный проход.
Где-то вдали прогремел гром. Но это был не гром.
Мари узнала этот звук.
— Они идут, — прошептала она.
Андрей кивнул.
— Эдгар ведёт их. Он чувствует тебя.
Макс шагнул вперёд, ладони уже полыхали алым.
Андрей повернулся к Мари. — Ты можешь доверять нам. Но сначала тебе нужно сделать выбор.
— Какой выбор? — спросила она, сжав, кулаки, чувствуя, как под кожей пульсирует энергия.
— Бежать или остаться. Жить как обычный человек, пока тьма не поглотит всё... или научиться сражаться.
Ветер внезапно усилился, дождь хлестал по лицу. Где-то в темноте раздался скрежет когтей по асфальту.
Мари закрыла глаза.
Перед ней всплыли обрывки воспоминаний: мама, поющая колыбельную; отец, смеющийся на кухне; а потом — пустота, тишина, годы одиночества.
— Если я сбегу... что будет?
Андрей вздохнул. — Ты будешь жить. Возможно, недолго. Они уже знают о тебе.
Макс резко дёрнул головой в сторону переулка. — Мари, решай быстрее!
Тени сгущались. Воздух стал тяжелым, как перед грозой.
Мари открыла глаза. И решительно сказала:
— Я остаюсь.
Андрей улыбнулся — впервые за весь разговор. — Тогда пойдём.
Он поднял руку, и дождь перед ними расступился, образуя тоннель.
Макс схватил её за запястье. — Не отпускай меня. Вода его — штука коварная.
Они шагнули в водяной коридор.
Последнее, что увидела Мари — десятки чёрных силуэтов, выходящих из тени здания.
И среди них — высокую фигуру с пустыми, слишком знакомыми глазами.
И мир вокруг изменился.
Глава 6. Водяной коридор
Мари едва успела вдохнуть, прежде чем ледяная влага сомкнулась вокруг. Но странное дело — она не захлебнулась. Вода обтекала ее, как живая, пропуская воздух, но не давая ни одной капле коснуться кожи.
— Не дыши слишком глубоко, — предупредил Андрей, его голос звучал приглушенно, будто через толщу стекла. — И не отпускай Макса.
Макс сжал ее руку так крепко, что кости затрещали. Его пальцы были обжигающе горячими даже сквозь водяную пелену.
Мари попыталась закричать, но звук застрял в горле.
Вокруг них вода превращалась в зеркала.
В них отражались все воспоминания.
Первое отражение показало мать — не такую, какой Мари ее помнила, а другую. Лора стояла перед огромными вратами из черного камня, ее серебристые волосы развевались в невидимом ветру.
Второе отражение — отец. Но не опустошенный, каким он стал после, а яростный, с глазами, полными отчаяния. Он бил кулаками по запечатанным Вратам, и с каждым ударом его кожа темнела, как будто пропитывалась тенью.
Третье отражение — она сама. Маленькая, семи лет, в ночь, когда все изменилось. Но теперь она увидела то, чего не помнила — черную тень, выползающую из-за отца, обвивающую его, как удав.
— Они уже тогда пришли за тобой, — прошептал Андрей. — Но твой отец... он их остановил. Ценой себя.