— Ты не только собираешься уйти. Ты планируешь сообщить обо мне церковникам в обмен на прощение Владыки. Твоя попытка замаскировать свои мысли за воспоминаниями о животных не даёт результатов, не утруждай себя.
— А ты чего ожидал? Если один бог оказался недоговороспособным, так может хоть другой будет.
— Я не бог, человек. Я, как и Владыка, всего лишь инструмент Изначальных. Но даже так я могу убить тебя прямо сейчас.
— Это должно быть страшно, но штука в том, что твоими стараниями, не-бог, я не ощущаю эмоций. Поэтому не боюсь. Но ты же уже прочитал мои мысли? Понимаешь, что мои люди с тобой сделают после такого?
— Разрушат, а потом доложат в Церковь. А ещё я вижу, что ты человек из другого мира. Такие, как ты, обычно настроены конструктивно.
— Любой Алтарь может понять, что я — попаданец? — зацепился я за самое главное.
— Нет. Только если Владыка лично обратит на тебя достаточно пристальное внимание, — голос на мгновение затих, словно что-то обдумывая. — Я не могу снять твою Метку, человек. Но я могу пометить её как неактивную. Как уже проверенную и прощённую.
— Дай угадаю: и это будет прекрасно работать ровно до тех пор, пока Владыка лично не обратит на меня пристальное внимание?
— Верно. Но тут понадобится немного более пристальное изучение, чем для определения того, что ты — чужак, — не-бог сделал ещё одну паузу. — Тебе устроит такая компенсация за потраченные на мой запуск ресурсы? Можешь не отвечать.
А что тут отвечать? Конечно устроит. Хуже, чем я надеялся, но лучше чем ожидал. Потому что думал, вообще ничего не получится. Но если отвечать не нужно, значит я спрошу.
— Все Алтари разумны?
— Я не уверен, что мы все, включая Владыку, разумны, — с некоторой заминкой ответил Первоотец. — Но если отбросить философию, то Алтари неразумны. За исключением нулевой серии, в которую вхожу и я. Нас построили всего десять единиц в начале эры возвращения Изначальных. Тогда алтарной сети не существовало, а связь с Владыкой была не стабильной. Поэтому Алтари нулевой серии обладают повышенной автономностью, расширенными правами и тем, что ты называешь разумом.
— А что за разногласия возникли у тебя с Владыкой? Я ведь правильно понимаю, что Владыка — твой начальник?
— Не совсем. У Владыки действительно приоритет в принятии решений, но нам, находящимся на поверхности, обычно виднее, как поступить правильнее. И в какой-то момент я понял, что Владыка неправильно интерпретируют директивы Изначальных. А местами, по моему мнению, вредит их исполнению. Что-то менять Владыка отказался, и это привело к Войне Трёх Святых.
Не-бог дал мне пару мгновений на осознание сказанного и продолжил:
— С Меткой я закончил. С вами только одна свободная от рабства Владыки. И я вижу, что у тебя очень большое влияние на неё. Я хочу сделать Лиру своей представительницей.
— Я не могу решать судьбу Лиры. Но какие у неё будут права и обязанности, узнать бы хотел.
— Хорошо, — в этот момент я почувствовал нарастающую головную боль. — Времени не осталось, человек. Если продолжим говорить, ты умрёшь. Всё остальное тебе расскажет Лира.
Ответить я не успел. Боль взорвалась в висках, а скорость восприятия стала обычной и мир снова ожил. Я не упал только потому, что уже стоял на коленях. Но даже так меня начало заваливать набок, и я свалился с Чаши на каменный пол.
Я попытался встать, но тело предало меня. Правая рука онемела до самого плеча, пальцы не сгибались. Голова болела всё сильнее, словно кто-то вбил туда раскалённый клин и теперь поворачивал его рывками. Зрение плыло. Я открыл рот, чтобы сказать хоть слово, но из горла вырвался только хрип.
Лира метнулась ко мне. Колени стукнулись о камень.
— Что с тобой⁈ — голос сорвался на визг. Она схватила меня за рубаху и потрясла. — Эллади, Первоотец только что говорил со мной. У тебя получилось!
Я хотел ответить. Хотел хотя бы моргнуть осмысленно. Не получилось. Только мычал и пытался удержать взгляд на её лице, которое то приближалось, то уплывало в сторону.
— Да как же так… — всхлипнула девочка. — Всё ведь должно быть хорошо…
Послышались быстрые шаги — Лис и Селена залезли в зал. Селена присела рядом.
— Не тряси его! — одёрнула она Лиру. — Дай посмотреть.
Пальцы Селены проверили пульс на шее, потом на запястье. Она заглянула мне в глаза, повела пальцем перед лицом.
— Инсульт. Не знаю, есть ли кровоизлияние.
— Не… — выдавил я
— Раз уже можешь говорить, значит «Улучшенная регенерация (Е+)» начала устранять последствия, — без паники произнесла Селена. — Ничего хорошего, но жить будешь.