Я уже открыл рот, чтобы отдать приказ отходить, когда сверху раздался короткий, злой свист.
Стрела вонзилась в сосну в двух пальцах от моего лица, вырвав щепки.
Глава 11
Шестеро без страха
Стрела просвистела так близко, что я почувствовал щекой её холодное дыхание. Инстинкт сработал раньше головы: я рванул вбок, щит поставил перед грудью, копьё перехватил ниже центра тяжести. Лис мгновенно нырнул за ближайшую сосну и спустил тетиву. Где-то в кроне раздался приглушённый вскрик, а затем тяжёлый звук падения тела.
— Ещё пятеро! — крикнул Лис, тут же накладывая новую стрелу. — Двое слева, трое прямо!
Они вывалились из-за деревьев почти одновременно, как стая, которой дали команду «фас».
Капюшоны низко надвинуты, лица закрыты чёрной тканью — только глаза блестят. Щиты разного размера и формы: малые, средние, круглые, даже треугольные — явно трофеи с разных караванов. У двоих в руках короткие одноручные мечи. Ещё у двоих — копья с широким листовидным наконечником. Пятый — с длинным кинжалом в левой руке и странным коротким обрубком меча в правой. Броня отсутствовала. Несмотря на сомнительную экипировку двигалась пятёрка синхронно, выверенно, как хорошо тренированные бойцы, а не разбойничья шайка.
Первый, с мечом, рванул прямо на меня, пытаясь сблизиться. Я шагнул назад и ткнул коротко, но точно. Наконечник моего копья чиркнул по краю щита и вошёл в плечо. Противник дёрнулся, замахнулся мечом, но клинок рассёк воздух — слишком далеко. Селена влетела атаковавшему меня сбоку: её копьё скользнуло под его щит и вошло под рёбра. Мужчина выгнулся, захрипел, рука с мечом опустилась, щит провис. На долю секунды движения нападавшего стали рваными, будто внутри что-то коротнуло. Он осел на колени и обмяк окончательно.
Лис стрелял быстро, почти не целясь. Стрела вошла в бедро одному из пятёрки; мужчина споткнулся, но тут же выпрямился, как марионетка, которую дёрнули за ниточки. На долю секунды его движения стали дёргаными Он выронил щит и схватился за древко стрелы, глаза заметались. А потом снова выровнялся, будто кто-то внутри него сказал: «Вставай и иди дальше».
Я активировал «Время охотника (Е)(⅕)» и рванул навстречу третьему, вложив весь вес в удар щитом по копью противника. Враг на мгновение потерял равновесие, но мне этого хватило: я сделал подшаг и прицельно ткнул копьём снизу, под подбородок. Хруст, бульканье — тело свалилось мешком.
Жан выстрелил четвёртому почти в упор. Болт вошёл в грудь, пробив тело насквозь. Противник пошатнулся, но не упал. Вместо этого сделал шаг вперёд. Он будто не замечал, что в нём торчит болт, хотя двигаться стал заметно медленнее. Жан выругался и бросил разряженный арбалет, выхватывая короткий меч.
— Они не чувствуют боли! — крикнула Селена. — Совсем!
Я поймал её взгляд. Мы оба поняли одно и то же: взять кого-то живым для допроса будет очень сложно.
Раненый в бедро так и не подобрал щит, против копья у него не было шансов, и я добил его. Хватило одного короткого удара в шею.
Последний нападавший — тот, что с кинжалом и обрубком меча, — вдруг замер. Целую секунду он неподвижно стоял, глядя на нас пустыми глазами. А потом резко развернулся и побежал вглубь леса, бросив оружие.
— Живым! — рявкнул я.
Лис наложил новую стрелу, прицелился и выстрелил в ногу убегающего. Беглец рухнул и сдавленно вскрикнул. Лис закинул лук за спину, устремился за подстреленным.
Другой раненый — тот, в которого попал Жан, — сделал ещё шаг вперёд и упал на колени. Кровь текла из его рта, но он пытался подняться. Жан шагнул к своему противнику и приставил меч к горлу.
— Не дёргайся, тварь.
Раненый посмотрел на Жана, и на миг в его взгляде появилось что-то осмысленное. Страх. Мольба. А потом снова пустота. Мужчина дёрнулся вперёд, прямо на клинок.
Жан не успел отвести руку, и сталь меча рассекла горло противника.
— Чёрт… — выругался Жан, добавив ещё пару крепких выражений.
Лис уже тащил пятого, с простреленной ногой идти сам он не мог. Пленный не сопротивлялся, только тихо скулил, глядя куда-то мимо нас.
— Убейте меня. Убейте меня, пока они не вернулись… — постоянно повторял он.
Лис подошёл, кинул пленного мне под ноги и вытер пот со лба рукавом.
— Что за дерьмо… — тихо сказал он, глядя на трупы.
Я бросил охотнику верёвку.
— Вяжи его крепче, — сказал я хрипло. — И кляп не забудь. Не хочу сюрпризов.
Лис поймал верёвку и присел на одно колено. Пленный лежал на боку, простреленная нога подогнута, кровь уже пропитала ткань штанов. Он дышал часто, прерывисто, но глаза были снова пустые, как у рыбы, выброшенной на берег.