Это тупик: без ключа даже номер артефакта узнать нельзя. Если только владелец изначально не дал разрешение на отображение доп. данных типа номера, имени владельца и т. д. Тут ничего такого не было.
Селена с Жаном методично вспарывали спины мёртвых. Артефакты складывали на кусок чужой рубахи. А я, поборов брезгливость, касался каждого и пытался подключиться. Проверял просто на всякий случай, без надежды на успех. Ответ не менялся: привязка, нужен ключ.
Я бросил последний шип обратно на тряпку и поднялся.
— Везде привязка? — спросил Жан и, получив мой утвердительный кивок, продолжил: — Надо ядра вырезать. У искажённых они всегда есть.
Я планировал торговать с искажёнными, поэтому вырезать ядра было нельзя — за такое искажённые убивали без разговоров. Кроме того, я хотел забрать «Шипы подчинения (F)» себе и выменять на них у Ирвина нужные мне артефакты. Инквизитор хотел что-то действительно важное? Куда уж важнее.
— Нет, — отказался я. — Ядра мы вырезать не будем.
Жан понимающе ухмыльнулся.
— Как скажешь, я-то на долю не претендую, мне Арно платит. А что с этим хламом, — Жан указал на разномастное железо нападавших, — будем делать? Так-то тут лоренов на тридцать.
— И веса килограмм на тридцать тоже. Трупы похороним, этот хлам спрячем. Когда будем возвращаться в город, захватим с собой.
— А разве мы не прямо сейчас возвращаемся? — удивлённо спросил Жан. — Караван сгорел, нападавшие ушли, задание провалено. Что тут делать?
Я собрал «Шипы подчинения (F)» и, отмыв их от крови, спрятал в подсумок.
— Пойдем по следу. Да, он обрывается возле ручья. Мы пойдем на север. Потому что идти на юг нашему врагу смысла нет — там Конфлюан и в целом баронская власть крепче, — ответил я. — Кстати, давайте дадим ему имя. Скажем, Джон.
Если кто и удивился, то вслух этого не произнёс. Вообще, я хотел назвать его «Джон Доу», но потом понял, что местные не поймут. Да и так открыто показывать своё иномирское происхождение было глупо. А имя Джон здесь существовало и было распространено на территории восточных государств.
— Как раз потому, что идти на север логичнее всего, Джон и пойдет на юг, — возразил Лис.
— Есть у меня ещё кое-какие соображения, почему Джон в этот раз никуда не денется, — произнёс я. — Я чуть позже всё объясню, хорошо? А сейчас не будем терять время, давайте за работу. Нужно всё сделать быстро и поспешить за Джоном.
Через полчаса шесть тел исчезли в глубокой яме под корнями старой сосны. А их снаряжение завернули в тряпьё и спрятали отдельно, под мхом у приметного валуна. И Лис сразу же повел нас к ручью, а потом — вдоль его русла на северо-запад.
Я шёл за охотником, и одна мысль не давала мне покоя. И это был не вопрос о целесообразности использования управляемых искажённых для захвата мыльного каравана. Это как раз объяснить легко: полевые испытания новой технологии в боевых условиях. Моё же беспокойство укладывалось в одном вопросе, который я и задал Жану:
— А можно ли «Шип подчинения (F)» применить к человеку?
Глава 12
«Пшык» в темноте
Вопрос застал Жана врасплох. Он резко повернул ко мне голову и некоторое время молчал.
— По словам церковников, сам Владыка говорил, что «Шип подчинения (F)» действует только на монстров. А на носителей Искры влиять не может. Что-то там про внутренние отличия Искры от монстрячьего ядра.
— Ну, на искажённых тоже не работало.
— Это другое. Искажённые — они же как монстры. И ядро у них монстрячье. А не работало, потому что у них есть воля к сопротивлению. Так-то и не на всякого монстра «Шип подчинения (F)» воздействует.
Жан улыбнулся, что-то вспомнив, и продолжил.
— Например, Арно нашёл своего волкодава ещё щенком. Кормил его, дрессировал. Гарон признал ловчего хозяином без всяких там артефактов. А потом, когда пёс вырос, Арно решил установить ему «Шип подчинения (F)». Но не для контроля, а для улучшения понимания. Видел, как ловчий мысленные команды отдаёт? А Гарон ему свои эмоции транслирует. Например, волкодав считает, что ты, Эллади, очень вкусно пахнешь. Забавно, правда?
«Ручной монстр местного мафиози испытывает ко мне гастрономический интерес. Очень смешно. Оборжаться можно», — пронеслось в голове. Но, боюсь, сарказма Жан мог и не понять.
— Действительно, забавно, — вежливо улыбнувшись, согласился я. — Так значит, кто-то нашёл метод сломать волю искажённых?
— Скорее всего. Да и то, видишь, контроль постоянно спадает. Так что выглядит всё это не очень.
«Это пока технологию не доработали», — добавил я про себя.