— По действию похоже на зелье «Беспробудного Сна (F)». Но это не оно. Подействовало слишком быстро и слишком сильно, — уверенно сказала Селена. — Разбудить Лиса не выйдет, сознание полностью отключено. Дыхание слишком медленное и поверхностное, возможна остановка, так что Лиса вообще трогать нельзя и нужно присматривать за ним. Если что сделать искусственное дыхание.
— Выживет? — только и спросил я.
— Если дыхание полностью не остановится, то да, — последовал неутешительный, но правдивый ответ.
Я опустился рядом с Лисом на одно колено. Бесполезное движение. Помочь я всё равно ничем не мог.
«Поздравляю, Эллади, — зло подумал я. — Ты хотел поймать Джона в ловушку. В итоге сидишь в яме, охраняешь раненого и боишься поднять голову. Отличный план. Просто великолепный».
Я присмотрелся к груди Лиса. Она всё ещё ритмично вздымалась. Всё ещё. Очень плохое слово, когда речь идёт о жизни друга.
Око Владыки всё так же равнодушно светило сквозь кроны, а где-то в глубине леса скрывался человек, который только что забрал нашу единственную улику, поставил Лиса на край гибели, и ушёл, не получив ни единой царапины.
И оставался вопрос, ушёл ли он? Или сидит и ждёт, пока кто-то из нас высунется, чтобы выстрелить своей отравой и таки добить нас.
Глава 13
Рука помощи
Тихий, шуршащий звук раздался где-то на поляне. Будто кто-то медленно, но упорно полз по опавшим листьям. Я замер, вслушиваясь. Неужели Джон решил пойти на штурм? Сердце стукнуло раз, другой, а рука сама легла на рукоять меча.
Жан понял раньше меня.
— Раненый, — бросил он, уже поднимая арбалет. — Ползёт к Джону. Не уйдёт, сука.
Остановить Жана я не успел. Он сделал несколько вдохов-выдохов, а потом резко выпрямился с уже вскинутым арбалетом. Но не выстрелил, а начал шарить глазами по поляне: похоже, подельник Джона до того, как пополз, быстро сменил позицию.
Нашему снайперу понадобилось всего несколько секунд, чтобы отыскать раненого и навести оружие. Но Джон оказался быстрее.
Где-то на другой стороне поляны тренькнула тетива, раздался звук рассекаемого воздуха, не «пшык», и из темноты прилетела стрела. Обычная. Стрела чиркнула Жана по левой щеке, разрезав кожу от скулы до уха. Кровь брызнула сразу, тёплая и обильная, она заливала ему шею и воротник. От боли Жан дёрнулся, арбалет в руках качнулся в сторону, и выстрел ушёл в молоко.
Я рванул Жана за пояс вниз, в ложбину. Рана выглядела мерзко: глубокий рваный разрез, кровь ручьём. Но я сразу понял: не страшно. Лицевые раны всегда выглядят так, словно снесли полголовы, а на самом деле — глубокий порез, не более.
Главное, глаз и ухо целы, а больше там ничего важного и нет.
Жан зло застонал, зажимая лицо ладонью. Кровь просачивалась между пальцами, капая на землю.
— Твою ж мать… — выдавил он сквозь зубы. Голос дрожал не то от боли, не то от ярости. — Сам высунулся и даже попасть не смог. А этот ублюдок меня обычной стрелой срезал.
— Тихо, — жёстко сказал я. — И благодари Владыку, что он в глаз не попал.
Жан только зло выдохнул, не отнимая ладони от лица. В его глазах плескалась смесь боли и стыда. Селена уже шла к нам, на ходу доставая флягу с водой и аптечку. Лис всё так же лежал без сознания, грудь его едва заметно поднималась и опускалась. А я только что получил ответ на свой вопрос: Джон никуда не ушёл. И напомнил нам, кто здесь охотник.
— Нужно зашивать, — заключила Селена после осмотра раны. — Но для этого мне нужен нормальный свет.
Я кивнул и достал «Осветитель (F)» — Джон всё равно знает, что мы тут. Но даже так я настроил артефакт, чтобы он выдал узкий луч света, и направил его прямо на разрезанную щеку. Перед этим взвёл арбалет Жана и, с его молчаливого согласия, положил рядом с собой. Никогда не стрелял из арбалета, вряд ли попаду, но в сторону шума запустить болт сумею. Зачастую этого достаточно, чтобы противник лишний раз подумал, прежде чем высунуться.
Селена наложила несколько швов, обработала рану и сделала перевязку. Если мы выживем в этой переделке, то у Жана наверняка останется шрам. Каждый раз, когда Жан будет проводить по нему пальцем, будет вспоминать, как Джон даже не счёл нужным использовать своё пневмружьё. И легко наказал за самоуверенность.
С поляны донеслись звуки — подельник снова пополз. Жан схватил арбалет.