За нашими спинами продолжали падать камни. Ещё несколько секунд они оседали, перекатываясь и лязгая друг о друга. А потом — тишина. Только наше дыхание и тихий перестук мелкой каменной крошки.
Я ждал продолжения обвала. Что стена алтарного зала не выдержит. Или что упадёт свод над служебным помещением. И что-то действительно не выдержало, обрушилось слева от нас. Но к счастью, никто не пострадал — царапины от летящих осколков не в счёт.
Вокруг стояла кромешная тьма. Я нащупал на поясе «Осветитель (F)» и активировал его. Свет вырвался из артефакта, слабо озарив помещение. Комната оказалась просторной — метров пять в ширину и шесть в длину. Стены из того же потемневшего камня, что и в алтарном зале, только без резьбы и стекловидных потёков.
Я повернулся, поднимая свет выше. За нами — вход, через который мы ворвались. Его полностью завалило камнями размером с сундук. Теоретически завал разобрать можно. Но на это уйдёт не один день. Да и кто знает, что там, по ту сторону. Может, Воитель уже освободил руку и тепреливо ждёт, когда мы полезем обратно, чтобы продырявить каждого.
Слева находился ещё один выход. Точнее, ранее там был выход, а теперь тоже завал, причём свежий: пыль ещё не осела полностью, а из щелей между камнями продолжало сыпаться мелкое крошево. Этот обвал я и слышал, когда вбежал в проход.
В дальней от входа стене — дверь. Деревянная, высотой под два метра. Идеально сохранившаяся. Ни гнили, ни трещин. Массивные железные поперечины скрепляли доски воедино. Под ручкой — металлическая замочная скважина. Дверь сидела в проёме плотно, без единой щели.
Я подёргал за проржавевшую ручку — она не шелохнулась. Достал кинжал, вонзил его в древесину. Сталь вошла тяжелее, чем должна входить в дерево, но вошла. Я повернул оружие — посыпалась стружка.
— Значит, расковырять можно, — пробормотал я.
Мы продолжили осмотр. Лис прошёлся вдоль левой стены, Селена — вдоль правой. Я поднял «Осветитель (F)» выше и ближе к потолку заметил вентиляционную шахту. Узкую, диаметром сантиметров сорок, не больше. Взрослый человек точно не пролезет. Я уже отвернулся, намереваясь продолжить обход, когда Селена тронула меня за плечо:
— Подожди. Внутри камень нагрет. Кто-то совсем недавно там сидел.
Я повернулся обратно.
— Ещё одна крыса?
— Подсади, мне нужно заглянуть внутрь, — попросила Селена.
Я выполнил просьбу.
— Там было что-то крупное, — произнесла девушка, закончив осмотр и снова оказавшись на земле. — Размером с волкодава. Может, чуть больше.
Выход из шахты перекрывала толстая металлическая решётка. Я зацепил прутья копьём и подёргал. Они не шелохнулись — решётка сидела намертво.
— Никто не пролезет, — резюмировал я. — Наверное, тварь ушла ещё до обвала.
Мы ещё с полчаса внимательно осматривали помещение, но больше ничего не нашли, кроме пыли и каменной крошки.
— Ладно, — сказал я наконец. — На улице уже солнце село. Да и устали все. Так что на сегодня всё. Завтра с утра решим, как быть: дверь ломать или завал разбирать. А сейчас ужин и отдыхать.
— Твой ожог нужно обработать, — безапелляционно заявила Селена.
Я кивнул и стал снимать стёганку, морщась от боли. Селена продезинфицировала рану и наложила повязку. Поели пеммикана, спасибо Джону, и запили холодной водой — разводить костёр было не из чего.
Распределили дежурства, мне выпало бдеть последним, и лёгли спать. Уснул я сразу, хотя и спалось так себе — ожог болел и беспокоил. Так что когда пришло время моей вахты, проснулся я мгновенно и занял пост у стены.
Я сидел и слушал окружающие звуки. Ровное дыхание Селены, тихий храп Лиса. У меня в голове крутились мысли про Воителя, деревянную дверь, простоявшую больше ста лет и выглядящую, как новая, пропавшую Чашу, свежий след в шахте…
— Ну что, человек, похоже теперь моя очередь тебя спасать? — раздался звонкий, задорный голос из-под потолка.
Глава 21
Первоотец
Её я узнал сразу — по голосу. Мне даже не нужно было смотреть на сверкающие в темноте ярко-бирюзовые глаза с вертикальным разрезом, я и так знал, что в них горит смесь любопытства и жажды деятельности.
— Лира, что ты тут делаешь?
— Думаю, спасать тебя человек или подождать, когда попросишь.
— Ты же ребёнок.
— Мне вчера двенадцать лет исполнилось. Я больше не ребёнок, — фыркнула искажённая. — Так что, спасать тебя, человек, или нет?
— А сможешь?
— Могу, — выпалила Лира. — Но взамен ты окажешь мне услугу.
— Если это в моих силах, безусловно, — согласился я.