Лира покопалась в поясной сумке и достала карту туннелей и катакомб. Нарисованная от руки, но вполне приличная.
— Мы здесь, — Лира ткнула пальцем в одну точку. — Терзатель там. А заманивать я его буду вот сюда. Проход высокий, но для Терзателя узкий, ему там нормально не развернуться. Главное — не шумите, пока я не начну стучать.
Лира чуть помедлила, потом протянула мне карту.
— Возьми, Эллади. Чтобы вы точно не заблудились, — и уже разворачиваясь добавила: — Ну теперь точно всё. Я пошла.
— Стой, — окликнул я её.
Лира обернулась. В её взгляде мелькнуло раздражение: мол, опять взрослые передумали. Я же с улыбкой полез в рюкзак.
Может, момент неподходящий и такие вещи дарят не в тёмном туннеле перед охотой на тварь размером с медведя. Но если я только что признал за Лирой право идти на риск вместе с нами, то не мог продолжать обращаться с ней как с ребёнком, откладывая важное на потом.
Пальцы нащупали свёрток. Я достал кинжал из рога Пятирога сделанный для Лиры.
— У тебя недавно день рождения был? — спросил я и протянул ей оружие. — Вот. Подарок.
Лира взяла кинжал резким движением и сразу же обнажила его. Но стоило ей увидеть кликнок из рога Пятирога, как она застыла. На лице у неё отразилось всё сразу: детское изумление, подростковая попытка сохранить серьёзность и осторожное понимание того, что это не просто красивая вещь, а знак доверия.
Лира повертела оружие, провела пальцем по лезвию, проверила, как рукоять ложится в её ладонь, а потом заметила гравировку. Бирюзовые глаза сузились, разбирая буквы в тусклом свете.
— «Бесстрашной Лире от человека»… — прошептала она.
Слова прозвучали глухо. Лира быстро сглотнула. На мгновение вся её бравада исчезла, и осталась девочка, которая только что получила по-настоящему важный подарок от человека, а не от искажённого.
Лира подняла на меня взгляд, в нём угадывались гордость от того, что её назвали бесстрашной, и тёплая, непривычная благодарность, которую она явно не знала, куда девать.
— Ты заказал его специально для меня? — с небольшим нажимом, будто требуя подтверждения, спросила она. — Мне отец должен подарить кинжал. Это знак, что я стала взрослой. Но он не успел — я убежала на испытание…
Я не сразу нашёлся, что ответить. Для Лиры подарок оказался особенным, символом её взрослости. И так вышло, что получила она его не от родителей, а от меня. А я ведь даже не искажённый.
— Специально, — тихо ответил я. — Прости, я не знал про ваши обычаи. И не хотел отнимать это право у твоего отца.
Лира задержала на мне взгляд ещё на секунду. Потом резко выпрямилась, словно спохватилась, что позволила себе слабость, и привычная упрямая решимость снова вернулась на её лицо. Искажённая повесила кинжал на пояс.
— Спасибо, Эллади, — уже окрепшим голосом произнесла она.
Пальцы Лиры на мгновение легли на рукоять нового оружия.
— Ну теперь точно всё, — быстро добавила она. — А то мы тут весь день провозимся.
И, не дожидаясь ответа, исчезла в темноте коридора. Мы же стали готовиться к убийству монстра.
Селена зарядила пневмружьё и арбалет. Я надел стёганку, поверх — свой старый доспех из пластин. А сверху — испорченную кирасу. Дыра в центре груди, оставшаяся от фаербола Воителя, неприятно зияла. Но даже несмотря на неё, защита стала ощутимо лучше. Всё-таки без щита оставалось уповать только на доспех.
Мы с Лисом замерли около поворота коридора, частично видя Терзателя, но не двигаясь дальше, чтобы не потревожить тварь. Селена уползла вперёд и заняла позицию, целясь вниз, в большое, чуть оттопыренное ухо Терзателя.
Я видел, как девушка выдохнула и плавно надавила на спуск. Хлопок пневмружья был практически не слышим. Мгновение — и дротик вошёл в ухо.
А через секунду Терзатель взревел так, что пыль посыпалась с потолка. Встряхнул головой, словно пытался вытряхнуть боль, и завертелся на месте. Клыки блеснули, лапы загребли по полу, разбрасывая кости и обрывки кольчуг. Монстр искал того, кто посмел его тронуть.
В этот момент из глубины узкого прохода донёсся громкий, частый стук — Лира колотила копьём по каменной стене. Резкий, злой, как вызов, стук. Терзатель мгновенно развернулся и ринулся к нему. Массивное тело Терзателя промчалось мимо нас.
Когда стук Лиры стих и остался только рык Терзателя, мы двинулись за монстром, стараясь не шуметь. Каждый шаг приходилось делать осторожно, чтобы не наступить на кость или другие останки. Из одной пещеры мы перешли в следующую, не менее большую, и увидели, что она заканчивается узкой щелью прохода, откуда периодически и доносился стук Лиры.