Девочка смогла удержать взгляд секунд десять не больше. А потом сдулась, села, подтянула колени к груди и обхватила их руками. В этот момент из неё разом ушёл весь вызов и вся взрослая серьёзность. Осталась только девочка, слишком рано получившая вопросы, на которые не отвечают даже боги.
— Я… Извини, Эллади. Но это очень важно для меня. И для всего моего народа, — тихо произнесла искажённая. — У меня будет к тебе просьба. Когда зелёный круг заполнится, я хочу первой коснуться Чаши.
Я пожал плечами.
— Хорошо.
— Ты так просто соглашаешься? — удивилась Лира.
— Это твой бог. Не мой. Я здесь гость. Да, у меня есть к Первоотцу одно дело, но оно вполне может подождать несколько минут. Или часов.
— Тогда выходит, что я стану жрицей Первоотца? — как-то неуверенно произнесла Лира.
— Я не силён в религии. Так что решай это уже сама со своим богом.
— Зачем тебе это? — внезапно спросила Селена у Лиры.
Лира перевела на неё взгляд и некоторое время молчала, словно раздумывала, стоит ли отвечать на вопрос. Потом кулачки девочки сжались, и она всё-таки заставила себя сказать то, что боялась произнести вслух.
— Я хочу спросить, слышит ли Он наши молитвы. Помнит ли Он своих детей, — и ещё тише Лира добавила: — И нужны ли мы Ему.
Все промолчали. А Лира протянула руку к оставшемуся сухарю, взяла его и начала грызть с таким видом, будто не разговаривала только что о судьбе своего народа и пробуждении мёртвого бога, а ужинала после долгой прогулки.
Двенадцать лет. Взрослая по меркам искажённых. Ребёнок по моим. Жрица по обстоятельствам. Бесстрашная Лира.
Глава 26
Обрыв нити
До заполнения зелёного круга оставался ещё примерно час. Разговоры о богах, жрецах и прочей религиозной идеологии меня утомили. Да и делать было нечего, так что я решил немного вздремнуть. Сон вышел поверхностным и беспокойным. Я то проваливался в темноту, то слышал, как Лис перекладывает вещи, как Селена шепчет что-то себе под нос, как Лира ходит у двери.
После отдыха голова прояснилась и мне пришла простая и, главное, совершенно логичная мысль. Зачем ждать?
У меня есть ядро Терзателя. Редкая вещь. Ценная. Если за дверью действительно просыпается Первоотец, то разве не разумнее будет предложить ему то, что может пригодиться Богу?
Лира хотела спросить о своём народе. Это важно. Конечно, важно. Но у меня тоже есть дело. И я был уверен: за такое подношение Первоотец не останется в долгу.
В конце концов, какая разница, кто будет первым? Моё дело Первоотец может решить быстро, а сколько ему нужно возиться с проблемами искажённых — совершенно не ясно. Не для того я нашёл Падший Храм и рисковал жизнью, чтобы ждать годы, пока до меня дойдёт очередь.
Я открыл глаза. На меня никто не обратил внимания. Я проверил наличие ядра в своей поясной сумке, посмотрел в секретный зал и улыбнулся. Всего десять метров отделяло меня от решения всех моих проблем.
Я встал и сделал шаг. Но путь к спасению мне перегородил Лис.
— Командир, всё в порядке? — говорил охотник обеспокоенно, а его глаза внимательно изучали моё лицо.
— Всё просто отлично, Лис. Отойди, пожалуйста.
— Командир, ты же сам сказал, что первой Чаши коснется Лира.
Я на мгновение задумался, придумывая вескую причину похода к Чаше.
— Мне кажется, что я плохо установил один из картриджей. Не до щелчка. Нужно проверить на всякий случай, — быстро ответил я.
Почему я соврал? Лис всегда был надёжным другом. Ему можно доверять. Но… так будет лучше для него. И для меня. Так будет лучше для всех.
Охотник меня послушал и сделал шаг в сторону. Но только для того, чтобы скользнуть мне за спину и, схватив за шиворот, резко дёрнуть назад. Пролетев несколько метров, я упал на пол, а Лис навалился сверху, выкручивая мне руки.
— Верёвку! — заорал он ничего не понимающей Селене. — Быстрее, пока он за оружие не схватился!
Поначалу я не планировал сопротивляться, но когда Лис сказал про оружие, я сразу понял, что это отличная идея, и попробовал вывернуть руку, чтобы дотянуться до кинжала. Но охотник не дал — прижал меня коленом к полу и таки связал руки своим ремнём, не дождавшись помощи от Селены. А потом вцепился в «Кольцо Сопряжения» и начал снимать его с пальца.
Это привело меня в неописуемую ярость. Как Лис смеет забирать моё⁈
Я взревел и рванулся всем телом, пытаясь сбросить Лиса. Выгнулся дугой, колени забарабанили по полу. Связанные руки дёргались, пальцы царапали воздух в попытке дотянуться до кинжала за поясом.
— Отпусти, ублюдок! — прохрипел я, извиваясь под весом охотника.