— Это что-то новенькое! — он неожиданно прервал молчание. — Кларисса решила подложить мне в постель гулящую девку!
Я почувствовала, как щеки наливаются жаром, дыхание перехватило. Слова незнакомца ударили наотмашь. Конечно же, он догадался, что под накидкой у меня надета лишь тонкая рубаха и более ничего.
«Чего ты ожидала, Тея⁈ Нежностей от смертника? Он преступник, раз оказался в крепости. Такие не знают чести и сострадания».
Я проглотила обиду. Моё положение теперь не оставляло места гордости. Маг сказал правду. Её светлость Кларисса Эйр-Уикфил отправила меня в Каменный Клык с одной целью — отдаться этой ночью чужому мужчине. Под утро меня увезут в особняк герцогини, чтобы…
Если бы я знала!
Никто не спешил ставить меня в известность о планах самой влиятельной женщины наших земель. Для Клариссы я оставалась бессловесной куклой, слишком незначительной для объяснения своих поступков. Зато для острастки нашлись нужные слова.
— Позову стражу, чтобы они забрали тебя. Ублажай их, а я не нуждаюсь в «подарках» от этой стервы.
Маг направился к двери, но я осталась стоять на его пути.
— Нет! Умоляю вас…
Меня била дрожь. На миг я представила, как возвращаюсь к герцогине, а она в отместку исполняет угрозы, которыми несколько часов назад щедро сдобрила свой приказ. Уже принесённые жертвы будут напрасны. Наверное, ужас явно отразился у меня на лице, и маг остановился.
Ярость смертника сменилась задумчивостью, а я смогла рассмотреть его получше. У мужчины были светло-карие, точно текучий мёд, глаза, и я увязла в его взгляде, совсем потерявшись от страха и смятения. Я всё ещё надеялась, что происходящее лишь дурной сон, от которого я скоро очнусь.
Маг прислушался к звукам за дверью, где слышался приглушённый грубый смех стражников. Я так и представляла, какого рода шуточки они отпускают, обсуждая меня и заключённого. Как же я попала в этот кошмар⁈
Смертник скривил губы при очередном взрыве хохота за дверью и подтолкнул меня в середину комнаты. Там, под светом волшебной лампы, я почувствовала себя совсем голой и беззащитной. Тёплая накидка всё ещё оставалась на мне, но я ощущала себя так, будто меня обнажённую распластали на широкой кровати.
«Странная комната. Для тюремной камеры она выглядит слишком обжитой. Старые покои герцогов Уикфил?».
Мысль промелькнула и угасла, потому что маг приблизился ко мне. Его взгляд ничуть не потеплел. Глаза цвета мёда смотрели сурово и требовательно.
— Говори! Зачем тебя прислали⁈ Что задумала Кларисса⁈
Имя её светлости маг произнёс с гневом и ненавистью. Часть этих чувств пала и на меня, пронзая сердце проклятием. Я никогда не встречала колдунов. В доме отца их не привечали, хотя некоторые из магов имели такие же земельные угодья и приставку «Эйр» к родовой фамилии. Это была особая прослойка знати, обособленная от остальных. В герцогстве их осталось немного.
«Если вообще остались…»
Я опустила глаза, разглядывая пол, устланный потёртым ковром. Удивительно, что пленника содержат в таких хороших условиях. Настоящая жилая комната ничем кроме решёток не напоминала затхлую камеру в подземелье. Да и сам заключённый не выглядел измученным или подавленным. Какая-то глупая игра! Постановка!
Что бы я ни думала, но у меня была цель. Как признаться? Как произнести то, зачем Её Светлость увезла меня из дома и велела привести в Каменный Клык. От одной мысли об этом у меня тряслись ноги и начинало мутить.
— Говори! — приказал маг.
Моё молчание разозлило его, голос сделался ниже и хрипел. Я слышала в нём не только ярость, но и отчаянье.
«Казнь на рассвете. Время пролетит быстро», — отстранённо подумала я.
Маг с силой сжал мои плечи, встряхнул, выводя из оцепенения и швырнул на кровать.
— Не трать моё время, девка! Она прислала тебя с какой-то целью! Говори прямо!
Он, как и я, думал о том, что никогда не вернёт последние часы жизни. Если я собираюсь спасти себя и исполнить волю герцогини, то пора признаваться, но необходимые слова не желали облекаться в звуки.
Маг опустил руки и стоял, сжав кулаки. Он смотрел на меня, лежащую на неразобранной постели. Накидка распахнулась при падении, короткая нижняя рубашка задралась, обнажив бёдра. Тонкая ткань плохо скрывала то, что я собиралась показывать только своему мужу.
Горькая ирония! И муж не тот, и я не совсем жена!
Глаза смертника потемнели, а взгляд скользил по моему телу. Маг стремительно подался вперёд и навис надо мной. Не желая того, я взвизгнула, сдвинула колени и запахнула плащ.
Лицо мужчины оказалось близко от моего. Я разглядела маленькие порезы на волевом подбородке — дрянная бритва ему досталась. От мага пахло хвойным мылом и сыростью старого подземелья. Я думала, что испытаю отвращение, но не чувствовала ничего кроме безвольного ужаса. Поверив, что сейчас смертник решит всё за меня, я не смела двинуться с места. Я смирилась и ждала собственной казни.