— И долго еще ты будешь пытаться одолеть меня? — произнес он своим грубым и таким человеческим голосом, что я от непривычки вздрогнула. Но только один раз.
Я усмехнулась, точнее мои губы просто задвигались сами собой. Думаю, моя улыбка была на миллион баксов. Я молилась, чтобы у меня не потекла слюна.
— Пока снова не втопчу твое лицо в грязь, — сказала я.
— Ты едва на ногах стоишь, женщина.
— Возможно, — пожала плечами я. — Но это не значит, что я готова сдаться. Как я уже сказала, — хрустнув шеей, я встала в более устойчивую позу и посмотрела на него взглядом из-под бровей. — Ты не тронешь гномов. Только через мой труп.
Он неожиданно превратился в человека — находясь при этом в воздухе! — и приземлившись прямо на ноги, отряхнулся от пыли и шагнул на два шага по направления ко мне. В эту секунду я молилась, чтобы он споткнулся или хотя бы испортил прическу, но нет, судьба распорядись так, чтобы только я выглядела неуклюжей дурой.
Мужчина был безупречен даже в тот момент, когда лежал искалеченный в пыли. Походу, Боги красоты и стиля всегда на его стороне. Что не скажешь обо мне. Судя по всему, я у них в черном списке.
— На твоем месте, я бы беспокоился о самой себе, — высокомерно заявил он. — Ты не за то сражаешься.
— Не твое дело, — рявкнула я. — Я сама решаю, за что и за кого буду сражаться.
— Они не заслуживают этого, не заслуживают всех твоих усилий.
Бесит. Ненавижу людей — ну, или драконов, — которые пытаются навязать мне свое гребаное мнение.
— Зачем тебе это? Чем они заслужи смерть?
Он смерил меня холодным взглядом и произнес монотонным голосом, лишенным всякой интонации:
— Они пересекли границы и свободно разгуливали по моей земле, — выражение его лица осталось пустым, голос был наполнен безразличием и холодом.
— И это все? — истерически заорала я.
— Этого достаточно, — легко пожал плечами.
Он словно выносил им вердикт, как самый бесчувственный неспособный на жалось судья.
Он сумасшедший.
Убивать только за то, что они потоптались по его земле и помяли траву? И это все, что они сделали ему? Вот этим ничтожным поступком они подписали себе и своим семьям смертный приговор?
Лучше бы он умер.
— Больной у*людок! — проорала я и, забыв о боли и усталости, помчалась на него.
Дракон уклонялся от всех моих яростных ударов, попыталась достать до него ногой, но он просто оттолкнул её. Я била и царапала мужчину, выкрикивая при этом гадкие ругательства в его адрес. Он словно не замечал этого и продолжал блокировать все мои удары с безразличным выражением лица. И меня это бесило как ничто другое.
В конце концов, ему, видимо, надоело топтаться на месте, и он легким движением оттолкнул меня от себя. Удар был не сильным, просто толчок, но мне все равно пришлось сделать колесо назад, чтобы позорно не упасть.
Использовав момент для передышки, и создав расстояние между нами, учащенными вздохами и выдохами я хватала воздух и настороженно глядела на него. Мужчина подправил свой плащ, пальцами зачесал растрепанные волосы назад и произнес:
— У тебя больше не осталось сил сражаться. Твои атаки бесполезны и весьма предсказуемы. Ты не можешь справиться со мной, когда я в образе мужчины, а уж в ипостаси дракона тебе со мной точно не тягаться.
— Я буду сражаться до последнего вздоха, — прорычала я и снова ринулась в бой.
В этот раз я не успела даже попытаться нанести удар, как меня развернули спиной к противнику и снова толкнули. Я споткнулась и почти зарылась носом в землю, но мне удалось удержать равновесие и не поцеловать грунт. Резко развернувшись, я посмотрела на мужчину со смесью негодования и ярости.
— Ты начала действовать необдуманно. Идти напролом к противнику, который превосходит тебя не только в силе, так еще и в опыте равносильно смерти, — отчитывал меня он, словно я была ребенком. Это вывело меня из себя. Можно подумать, куда уж сильнее?
— Плевать, — выплюнула я.
— Ты очень упряма, Лорейн.
Я вздрогнула, когда он произнес мое имя. С его уст оно обрело особенное звучание, но то, как он узнал его, заставляло меня люто ненавидеть и презирать всем сердцем этого дракона.
— Но должен заметить, что мне это действительно нравиться в тебе. Не хочу, чтобы этот бой кончался.
Он театрально вздохнул и прикрыл глаза рукой, словно все что здесь происходит, утомило его. Через несколько секунд тишины он произнес:
— Давай заключим сделку.
— Какую, на хрен, сделку? Прости, парень, но я не заключаю сделок с…
— Я даю тебе шанс на победу, — перебил мою пламенную речь он. Заложив руки назад и придав своему лицу деловитость и бесстрастность он продолжил: — Если ты сможешь, хотя бы один раз, пробить мою чешую и ранить меня, то я клянусь, что оставлю гномов в покое.