В детстве Кристоф часто будил меня, когда мне снились кошмары. Он успокаивал меня одним своим присутствием, как, впрочем, и Чарли. Он(Чарли) никогда не оставлял меня одну после ночных кошмаров и всегда засыпал рядом, крепко держа меня за руку. Чарли всегда шептал мне разные глупости о том, как он будет отгонять от меня монстров нашей метлой Джорджиной,(Джина была у нас до Дэлайлы но увы, она не смогла пережить уборку чердака, на который не залазили больше 1000 лет — но это я так, немного преувеличила. Буквально парочку нулей. Три) будет оберегать меня и мой сон. Он был моим личным Песочным человеком. Но мы выросли, и теперь я должна была сражаться с кошмарами в одиночку.
Не имея больше сил и желания оставаться в своей постели, я откинула одеяло прочь и босая вышла из комнаты. Тихо закрыла за собой дверь, чтобы не разбудить других обитателей дома, и направилась вниз на первый этаж.
Мой желудок вовсю распевал шансон, и я решила заткнуть его фальшивое пение шоколадным тортом. Плевать на последствия, и складки жира, сейчас существуем только я и мой лакомый кусочек.
Я как никогда чувствовала себя женщиной, у которой началась депрессия. Уверена, что утром я буду плакать в подушку от мысли, что съела огромный калорийный кусок торта в три часа ночи. Но это будет утром, а сейчас я просто буду наслаждаться.
С тортом я управилась довольно быстро и задумалась над тем, что же мне делать дальше. Спать больше не хотелось, да и не уверена, что смогла бы выдержать еще один такой кошмар. Решение посмотреть телевизор пришло неожиданно, но вовремя.
Поставив тарелку в умывальник, я выключила свет на кухне и уселась на мягкий диван. Кожа жалобно скрипнула, как только моя задница соприкоснулась с ней, и я уже начала жалеть о съеденном торте. В каком же противоречии с самой собой я живу.
Нащупав пульт где-то между подушек, я достала его и включила телевизор.
Не найдя ничего интересного я остановила свой выбор на канале про животных или заблокированном порно канале (даже не хочу знать, откуда он у нас).
Шпионская часть меня очень хотела взломать пароль, но, я так подумала, что моя женская натура совершенно не хочет смотреть на… Ну вы поняли. С меня на сегодня хватит мужчин и их грязных слов и мыслишек. Я все-таки решила включить канал про животных и узнать для себя что-то новое и, возможно, полезное.
Но я ошиблась, и последние двадцать две минуты и тридцать шесть секунд я смотрела увлекательную программу о личинках и яйцах постельных клопов. Черт, как же отвратительно! Но мое любопытство заставило меня смотреть дальше. nbsp; После еще пятнадцати минут просмотра этой передачи я поклялась отнести свой матрас в химчистку и спать в ванной, где я в любой момент могу смыть этих тварей в канализацию.
Я больше не могла терпеть этих личинок и выключила телевизоров. Меня сразу же окутала темнота и тишина. Тело пробил озноб, и я накинула на себя клетчатое одеяло, но потом вспомнила про клопов и откинул его прочь от себя на пол.
И так, я снова осталась наедине с сомой собой.
«О чем поговорим, Лори» — спросила себя я.
«Давай поговорим о нас» — ответила я.
«Никаких нас не существует!»
«Как это не существует?»
«Я не хочу иметь дело с плачущей истеричкой, которая говорит сама с собой!»
«Ты и есть Я» — воскликнула я.
«Нет, у меня грудь по больше твоей будет».
Все, на этом я закончила свой внутренний монолог. Еще парочка таких вот заявлений, и все могло закончиться дракой.
— Ты чего не спишь? — Я вскрикнула от неожиданности и повернула голову назад, откуда раздался голос. Чарли стоял в проеме двери и рукой тер свое лицо. На нем была его любимая пижама с пингвинами, рыжие волосы были взлохмачены и очки покосились вправо. Он выглядел сонно и неряшливо. Хотя, я не думаю, что сейчас сама выглядела как модель с обложки модного журнала.
— Еще раз подкрадешься ко мне так неожиданно я…
— Поставлю тебя на колени и заставлю съесть лимонный пирог старушки Марты. Да, да, я знаю, — он зевнул, обошел диван и сел рядом.
Я подтянула ноги под себя, освобождая для него место, а потом передумала и разлеглась во весь рост. Мои стопы находились у Чарли на коленях, и он, скривившись, попытался отодвинуться как можно дальше.
— О Боже, убери это от меня! — он сжал нос двумя пальцами и другой рукой схватил меня за большой палец на стопе, и попытался снять мою ногу с таким видом, словно его заставили убирать навоз.