Еще живых магов я перенес в свою каюту, и превратившись в Прозрачника, так как могу использовать ментальные приемы Сноходцев только в этом виде, допросил их, выдернув сознания врагов во второй слой Паталы. Ментальная магия в соединении с такими возможностями, вполне позволяет то, что иные маги называют легилименцией, только более... глубоко, да и контроль куда как лучше. Не раздерганные по времени и восприятию картинки, а полноценное чтение памяти. Если ко всему этому прибавить гипноз, то можно заставить допрашиваемого буквально сосредоточиться на нужных фрагментах, вытаскивая их из памяти на мое обозрение. В общем, редкое сочетание навыков привело к тому, что мало кто может поспорить со мной в этой отрасли ментальной магии. Даже немногие мастера окклюменции не смогут выдержать столь разностороннее давление, проверено неоднократно.
В общем-то, ничего особо интересного в их разумах я не нашел, кроме, пожалуй того, что цена за мою голову повысилась силами сразу нескольких семей британской магической аристократии, которым я отдавил пятки, и на том все. Однако, я понял одну простую вещь - меня в покое не оставят. Будут присылать все новых и новых магов, чтобы меня поймать или сразу пустить на корм рыбам. Хотя, даже этим вот наемникам было весьма интересно, а где я храню добычу?
Такое место у меня есть. Далеко не все деньги у меня в бизнесе, есть и хранилище в Кордильерах, северной их части. В Канаде, в общем. Совершенно случайно выпрыгнул там, когда толком взялся за изучение порталов и их производных. Оказалось, что это большая удача, когда я обследовал место с высоты птичьего полета, и обнаружил здоровенную пещеру ПОД озером. К сожалению, порода потолка пещеры должна была вот-вот рухнуть, но я укрепил ее, немного изменил магией, и теперь надежней ее только... да не знаю я таких материалов, по крайней мере, строительных. Сокрыл пещеру ото всех способов обнаружения, включая куда более современные, чем все доступные в данном времени, вроде отражения колебаний после мощного удара по поверхности. А уж магией это местечко и вовсе не обнаружить. Единственная проблема в том, что теперь туда и порталом не попасть, только топать ножками от самого выхода пещеры на поверхность. Наставил там ловушек, да так много, что и сам уже не помню, где и какие. Целый лабиринт построил, благо, что карта всегда при мне - сделал себе тату, силой оборотня, прямо на руке. Благо, что для ловушек хватает отпечатка моей ауры, что бы они меня не трогали. Заодно и систему самозатопления предусмотрел, чтобы никто не смог покуситься на мои богатства. Само озеро обрушит свой гнев на посмевшего!
Собственно, за годы моего промысла и ведения бизнеса, я с трудом скопил чуть больше сотни тысяч фунтов золотом, не считая безделушек, артефактов и прочего добра. Пусть это и не мало, но и не так чтобы очень много, большая часть уходит команде. Ежегодно с Гаити и Порт-о-Пренса идет по полсотни тысяч, с Панамы уплывает в Европу две сотни тысяч, но Панама большой остров, и крупнейшая ярмарка всего карибского бассейна, все-таки. Была у меня мысль пограбить этот ежегодный караван, была, не стану лгать. Но я не пират, я корсар, на службе у короны Испании. Ну, в теории. На практике я служу себе и своим интересам, но все же, все же. Быть может, когда мне надоест бороздить просторы южных морей, я и подкошу экономику Британии на год другой, но не сейчас. Здесь я на своем месте, здесь я могу делать важные и нужные вещи. Здесь я сделал себе имя и не нужно никому ничего доказывать. Здесь я дома...
1731 год. Западное побережье Англии. Прямиком под старым, прогнившим насквозь пирсом.
- Тьфу, гадость какая, - выплюнул я небольшой артефакт. Он позволил мне пробыть под водой весьма долго, дольше суток, между прочим. Зачем? Это интересный вопрос, а уж ответ на него и вовсе заставит обычного, нормального человека, покрутить пальцем у виска. Я искал.
Под толщей воды, там, куда страшится заглянуть даже самый бесстрашный и пытливый разум, где давление столь велико, что может сминать металл, словно фальгу, именно там я искал Сердце Моря. Дивный кристалл, синий алмаз, четыре столетия назад ограненный Фарух аль Казиром, придворным ювелиром самого Тамерлана. Вообще, Самарканд в четырнадцатом веке был той еще клоакой, но толк в драгоценностях они знали. Как именно Сердце Моря попало в к берегам Англии, это отдельная историй, можно целую серию романов накорябать современными перьями, однако, лично мне о нем известно не многое. Знаю, что он был частью даров царю иранскому, но до него так и не доехал, как и большая часть каравана, все поглотила пыльная буря, которая длилась более трех недель. Однако, из того же кристалла, была сделана заколка, и уж эту легенду в Самарканде знает каждый пятый. Именно эта заколка, честно выкраденная мной у Людовика XV. Кто-то скажет, что обокрасть десятилетку, что конфетку у ребенка отобрать, но я собственно и не у него украл-то, а у Филиппа Орлеандского. Герцога, если что. Регент молодого короля охранял казну, словно там лежала Слеза Аматэрасу, или филосовский камень, дарующий бессмертие. Но вообще-то, Герцог Орлеандский оказался просто скупердяем. Я ведь ему честно предлагал просто-напросто продать мне заколку и предлагал до тысячи фунтов золотом, а это куда больше ее стоимости, если на то пошло. Но этот жадюга понял, как сильно она мне нужна, и уперся рогом, торгуясь, словно бабка на рынке Самарканда. За то и погорел. Я просто украл заколку, провел поисковый ритуал, и вернул ее назад, а при следующей встречи, только ухмыльнулся ему в лицо и сообщил, что она мне более не нужна и я нашел ей замену. Лицо у Герцога в этот момент было незабываемое. Словно он сразу десятой лаймов укусил. Удовольствие от его вида и сейчас греет мне сердце, правда в ближайшие лет десять мне лучше не ступать на благословенную землю Франции. От греха.