Опытные подпольщики Чевардин, Чеверев, Симбирцев, Кузнецов, Салов вели агитацию во всех цехах, уделяя особое внимание молодежи, пришедшей на завод ил ремесленной школы и из деревни. В 1915 году они создали еще одну социал-демократическую группу. В нее вошли Кузьма Рындин, Евграф Булыкин, и другие молодые ребята.
Марк Заикин, уволенный с Миньярского завода за участие в забастовке, с помощью большевиков устроился в малярном цехе Симского завода. Работал он с шутками, прибаутками и песнями, как бы играя. Нередко маляры в час отдыха собирались около веселого парня и с удовольствием смеялись над его шутками.
Кузьма Рындин тоже был в числе слушателей. Ему нравился этот шутник. Каждую удобную минуту Кузьма старался использовать для того, чтобы поговорить с Марком.
— Скажи, пожалуйста, как это не будет хозяев и рабочих? Куда они денутся? А за что большевиков преследует полиция? Правда ли, что царица продала Россию немцам? Что значит империалистическая и гражданская война? — сыпал вопросы Кузьма.
Марк отвечал на все вопросы. Однажды он пригласил Кузьму и его друга Граньку в Миньяр.
— У меня погостите в воскресенье, познакомитесь с миньярской молодежью, — говорил Марк.
Друзья охотно приняли приглашение.
В квартиру Заикина пришли молодые миньярские рабочие. С ними Марк говорил откровенно.
— На фронтах поражение за поражением, в войсках разброд. В стране разруха, голод. Растет возмущение народа. Наши нелегальные газеты пишут, что такое состояние в стране беспокоит даже капиталистов. Прогнившее царское правительство не в силах справиться с приближающейся катастрофой. Будет революция посильней той, что была в 1905 году.
Эти слова пугали и радовали Кузьму и Евграфа. Они молча слушали беседу, которая закончилась так же неожиданно, как и началась.
На прощание Заикин сказал своим симским гостям, что они присутствовали на нелегальном собрании группы большевиков и просил молчать об этом.
Друзья вернулись в Сим под огромным впечатлением от услышанного. Василий Андреевич Чевардин поздравил своих молодых друзей с началом конспиративной деятельности.
— Молодцы, ребята. Правильно сделали, что пришли ко мне. И впредь поступайте так. Вам можно поручить уже более серьезное дело. Соберите-ка самых надежных рабочих. Я приведу миньярских гостей. Потолкуем. И если приглашенные вами ребята окажутся действительно надежными, организуем социал-демократический или, точнее сказать, большевистский кружок.
Такое поручение окрылило ребят. Подумать только: им доверяют самое секретное, поручают ответственное. Они теперь революционеры-большевики!
Встреча с миньярскими друзьями состоялась в доме Золотовых. Сюда по приглашению Евграфа и Кузьмы пришли молодые литейщики — Удалов Сергей, Золотов Иван, слесари Булатов Алексей, Морин Федор, Родионов Андрей, Булыкин Федор.
Василий Андреевич привел еще двоих. Евграф сразу узнал в них миньярцев. Знакомясь с собравшимися, миньярцы назвали свои фамилии — Энбеков Сергей, Бычков Павел.
— С этого дня, — сказал Чевардин после продолжительной беседы, увлекшей собравшихся, — вы будете членами большевистского кружка. Об этом никто не должен знать. В вашу группу мы пошлем Чеверева Александра Михайловича. От него вы будете получать указания.
Так в Симе появилась еще одна группа большевиков. В целях конспирации они действовали обособленно, связь между собой держали через старых подпольщиков.
К концу 1916 года группы значительно выросли. Возникла необходимость создания единой организации во главе с партийным комитетом.
Объединенное собрание, на котором присутствовали только делегаты от групп, состоялось в доме Егорова Петра. Объединенную организацию назвали Российской социал-демократической рабочей партией большевиков Симского завода. Избрали комитет из пяти человек: троих из старых подпольщиков, двоих — молодых. Но фамилии и имена членов комитета зашифровали цифрами. Они могли знать всех членов организации, а их знали только связные товарищи. Опытные конспираторы позаботились о сохранении руководящего ядра.
Каждый день в час обеда завод умолкал. В это время прекращался стук и грохот. В летнюю пору рабочие выходили из цехов, устраивались где-нибудь поудобнее и извлекали из мешочков еду, положенную заботливой хозяйкой. Зимой обедали около чугунных печек в цехах.
Заводская администрация тоже обедала в это время. Каждый день в один и тот же час, с точностью до минуты, Умов выходил из конторы домой.