Проехав еще немного, Макс прижался к обочине и, достав бинокль, попытался рассмотреть хоть что-нибудь. К удивлению парня, эта удалось достаточно легко, ведь факелов и, правда, было много и они прекрасно освещали большую территорию. Ну и кроме факелов было много чего, что можно было рассмотреть, и увиденное заставляло задумчиво хмуриться.
Там впереди, метрах в четырехсот от того места, где танк остановил машину, возвышалась высокая бревенчатая стена, словно из древности. Перед ней из земли торчало множество заостренных кольев, среди которых и горели факелы. Так же огонь можно было увидеть на самой стене, а по бокам от массивных ворот, прямо за стеной располагались немаленькие вышки. По ним лениво прогуливались люди в достаточно странной одежде и с массивными арбалетами в руках. Но больше всего Макса удивило не это, а уровень этих людей. Имена почему-то не отображались, но вот уровень был прекрасно виден.
— Тридцать пятый уровень, — ошеломленно пробормотал танк. — Егор, попробуй рацию пощелкать, может, поймаешь кого.
— Тридцатый пятый? — не менее удивленно пробормотал Костя, принимая бинокль из рук танка. — Ахренеть.
Машина на минуту погрузилась в тишину, и её нарушало только шипение рации, да звук работы двигателя.
— Что делать будем? — хмуро спросил Костя, но внезапно его перебило отсутствие помех по рации.
— Эй, там, в машине недалеко от нашей деревни, — раздался звонкий молодой голос. — Это стража этой самой деревни, прием!
— Мы на связи, прием, — коротко ответил Макс.
— Чего не подъезжаете? Али плохое что задумали? — раздался совсем другой голос, немного постарше. — Мы мирная деревня, ни с кем войны не ведем. Так что либо подъезжайте в гости, либо тикайте туда же, откуда прибыли.
Дальше рация замолкла, как и все сидящие в машине. У всех был легкий ступор, который, правда, продлился недолго.
— Повторюсь, — кашлянул Костя. — Что делать будем?
— Так, ладно, — выдохнул Макс, собираясь с мыслями. — Я иду один, вы остаетесь здесь на прикрытии...
— Ага, щаз! — внезапно возмутилась Ира, что было для неё несвойственно. — Что у вас мужиков за мания такая, вперед на пролом, да в одиночестве!? Лавры Серого покоя не дают? Назвались группой, значит идем все вместе и точка!
— Ну, ты, подруга, даешь, — покачала головой Таня. — А вообще, я с ней согласна. Поехали уже, заждались нас там.
Макс только тяжело выдохнул и покачал головой, прекрасно понимая, что не сможет их переубедить. Да и слова Иры, его, если честно, задели. Помнится, еще совсем недавно это он давал понять Серому, чтоб тот не рисковал собой понапрасну, а тут нате вам, сам решил поступить точно так же. Видимо, лидерство всё-таки накладывает определенные условности, которые нет-нет, да прорываются сквозь здравый смысл.
Ну а с другой стороны, если бы эти монстры тридцать пятого уровня, замышляя что-то нехорошее, то на въезде уже ждала бы засада. А так, и сами связались, и сами обозначили свою позицию. Можно было, конечно, дать разыграться паранойе и увидеть в этих действиях какую-то подставу, но слишком натянуто.
— Ладно, ребятки, едем, — хрустнул шеей Макс, и повел машину вперед, к деревне.
Разум был отчищен от мыслей и всё внимание сосредоточено на окружение. В любой момент, Макс был готов взорваться всеми скиллами, на случай, если что-то пойдет не так.
Когда машина только подъезжала к воротам, с вышек в разные стороны разлетелись небольшие шарики света, которые при приземлении осветили достаточно не слабую территорию. Только после этого стали открываться ворота, пропуская машину внутрь. Макс не стал медлить и, немного ускорившись, поехал вперед.
С той стороны ворот машину встречала небольшая группа из четырех человек. Все они были в кожаной броне средневековых времен, с массивными и очень тяжелыми, даже на вид, арбалетами. За поясом у каждого висел небольшой одноручный топорик, а в округе горело множество бездымных факелов.
Макс проехал на машине прямо по указаниям одного из бойцов, и остановился в десяти метрах после ворот. Там был расчищен небольшой участок, видимо сделанный специально для этого. Поставив машину, танк то и дело бросал взгляды по сторонам, с интересом изучая обстановку. Всё окружение выглядело слишком сюрреалистично, и это прямо-таки бросалось в глаза.
— Сидите здесь, выйду, порасспрошу вояк, — бросил Макс и, не слушая возражений, вышел наружу.