— Макс, нужна помощь! — успел я крикнуть в рацию, прежде чем подтянул тело темной к себе.
Та извивалась, визжала и хрипела. Темные цепи сжимали её тело, дробили кости и выжигали плоть. В глаза твари я видел страх и отчаянье, а не царившее да этого превосходство.
— Тупая идея, тупая идея, — повторял я, падая вниз.
Не знаю, насколько правдивы ситуации из фильмов, когда при падении используешь чье-то тело в качестве смягчения. В жизни же, да еще и с двадцатиметровой высоты это выглядит маловероятно.
Уже перед самым приземлением я поставил ноги на грудь уже хрипящей темной и приготовился к удару. Носки немного вперед, колени полусогнуты, тело расслабленно насколько это вообще возможно при таком всплеске адреналина. За мгновение до удара цепи растворяются черной пылью, обозначая конец своего действия. Тварь успела наградить меня взглядом полным ужаса, как сила притяжения добилась-таки своего.
Время замедлило бег словно издевка.
Вот я вижу, как тело твари соприкоснулось с землей, и боль в её глазах пришлась мне по душе. Следом действие гравитации ощутил и я. Ноги пробивают костяную броню и проходят через грудную клетку темной. Её кости не лопаются просто так, а остаются штырям, что срывают плоть с моих ног. Дальше боль перекатывается по голени вверх и уходит через колени в таз. Идёт по всему телу, по каждому нервному окончанию, пока не добирается до мозга. Вспышка сверхновой и багровые пятна перед глазами, тогда как тело заваливается вперед, всё еще не погасив импульс падения.
На несколько секунд я точно потерял сознание, потому что когда открыл глаза, то обнаружил себя немного в стороне от тела темной. Слух не работал, в глазах всё плыло, а сильная дезориентация не позволяла собраться мыслям в единый поток.
Лишь спустя некоторое время шум в голове начал проходить и вместе с этим восстанавливалось зрение. Я смог увидеть вокруг себя зеленый туман, который заключал меня в этакий кокон. До слуха доносились раскаты выстрелов, причем это было далеко не штатное вооружение. Что-то по типу пулеметов или вовсе станковые пушки БТРов.
Изначально я не предал этому значение, и лишь когда возле меня опустилась Ира, испуская волны исцеления, в голове что-то щелкнуло, и слух вернулся полностью.
— Ты как, в порядке? — озабоченно спросила девушка.
— Дха, — прохрипел я, но тут же был вынужден отворачиваться, ибо содержимое желудка просилось наружу.
Проблевался я, как это ни удивительно, кровью. Спазмы порождали новые всплески боли, но под парным исцелением они быстро исходили на нет.
Уже через каких-то пять минут я чувствовал себя вполне терпимо, если не смотреть на ноги. Вот там дело обстояло куда как хуже. Тело темной испарилось довольно быстро, чем несказанно меня порадовало. Но разорванная в клочья плоть даже и не думала исцеляться, а раздробленные кости ног так и приковывали взгляд. Лишь на морально-волевых, да благодаря высокому уровню я всё еще мог оставаться в сознании. Выжил и то хорошо.
— Ты отличаешься завидной постоянностью в попытках самоубиться, — хмыкнул Клименков, появляясь в поле моего зрения. — Хорошо летел, орел!
— Очень смешно, — вяло махнул я рукой. — Какими судьбами здесь?
— Когда ты не отвечаешь в личку, это, знаешь ли, очень подозрительно, — тут же убрал всю веселость майор. — Но да ладно, всякое бывает. А вот когда не отвечает вся группа — уже повод для беспокойства. Надо бы ввести в обиход постоянную отписку при вылазках, чтоб держать всё под контролем.
Майор многозначительно замолчал, видимо ожидая получить от меня подобное распоряжение, но я лишь прикрыл глаза. Как только вокруг меня пропал зеленый туман, волны боли вновь вернулись, а разум начал сбоить.
— Откат час, — раздался голос Карамазова. — Почти ульта. По идее она смертников с того света вытаскивает, а тут даже ноги не залечила.
— Жаль монумент почти сразу раздолбали, — это уже Макс. — Эй, Барт, есть что по хилу?
— В деревни только травница хорошая, а маг так, самоучка, — раздался издалека усталый и какой-то пустой голос старосты.
Их голоса доносились до меня словно сквозь толщу воды. Странные ощущения, будто бы плавился мозг, слегка напрягали. Ног я не чувствовал вовсе, а вот тело выше пояса знатно горело.
— Серый, — голос Багиры вырвал меня из омута боли и заставил открыть глаза. Девушка сидела передо мной на корточках и протягивала небольшой флакон с фиолетовой жидкостью. — Держи, в знак, так сказать, будущего сотрудничества. Это должно поставить тебя на ноги.