Выбрать главу

Спустя пару секунд, на землю упало уже мертвое тело, а я подбежал к Марку.

— Ты как? — спросил я, видя его бледное лицо.

— Жить буду, — хрипло ответил он. — Её кинжалы это полный мрак. Одна маленькая царапина, а чувствую себя, будто меня выпотрошили заживо.

— Дальше драться сможешь? — внутренне сморщился я, не надеясь на положительный ответ. — Нашему Несокрушимому помочь надо.

— Смогу, — сплюнул мужик сгусток крови. — Но желательно, чтоб зеленомордый до меня не добрался. Откат скиллов на месте встал, я теперь почти бесполезен.

— Окей, — кивнул я. — Тогда постарайся не палиться зазря. Погнали.

До гнома мы добрались за полминуты. Хотя, если быть точным, это гном добрался до нас. Мы с Марком успели пробежать метров сто, как мимо нас пролетела фигура Дромлина — тем будто выстрелили из пушки. Сразу следом на глаза попался и орк. Его тело увеличилось процентов на сорок, а воздух вокруг силуэта шел маревом. Вздутые вены и гипертрофированные мышцы буквально приковывали взгляд. Из его глаз шел красноватый туман, тогда как сами они представляли собой озера расплавленной магмы.

— Интересно, он хитрый, но сильный или сильный, но хитрый? — криво усмехнулся я, убирая арбалет в кобуру.

Орк меня услышал и прежде чем рвануть уже в мою сторону, довольно оскалился.

Арбалетный болт Марка должен был прийтись как раз в глаз этому громиле, но орк успел вскинуть топор, лезвием прикрывая голову. Дальше он ускорился и рванул уже подобно гоночному болиду. Я встретил его, не сходя с места, и лишь в самый последний момент ушел в сторону, успев чиркнуть острием меча по бедру врага. Сразу за этим в него полетела колба с кровью и тут же мне пришлось уворачиваться от свистнувшего над головой топора. Рывок на сближение, и вновь удар, который пришелся орку в оголенное предплечье. Меч оставил глубокую царапину, но тот как будто этого и не заметил. Так же никакого эффекта не было и от моей крови — орк просто смахнул жидкость ладонью и на этом всё. Молниеносные удары его топора, я даже и не думал блокировать. Слишком силен был противник, и соревноваться в этом поприще было бы глупо.

Я крутился вокруг последнего выжившего врага и раз за разом оставлял на его теле глубокие порезы. Марк стрелял, но простые болты лишь застревали в плоти, не доставляя орку неудобств. Уже четыре колбы разбилось о тело противника, и ни одна не нанесла ощутимого урона.

Дромлин появился на сцене минуты три спустя. Я увидел его краем глаза, но не придал этому значение. Всё мое внимание было сосредоточено на танце. Орк даже и не думал уставать. Да, его тело обильно кровоточило, но какого либо спада я не ощущал. Он всё так же махал своей бандурой и всё так же рычал, подобно дикому животному.

Пропустив над головой его очередной замах, я поднырнул практически вплотную к орку и запустил в того копье. Скилл уже успел сформироваться, но и орк не был простаком. От его резкого пинка я банально не успел увернуться. Мощный металлический сапог пришелся в грудину и отправил меня в далекий полет. Боль стрелой пронзила тело, во рту появился уже привычный привкус крови, а легкие отказались работать. Но даже несмотря на всё это, после приземления я тут же вскочил на ноги, ожидая, что орк рванет меня добивать. Только вот тот был уже мертв. Из его груди торчал огромный ледяной кристалл, а тело превратилось в высохшую мумию.

Медленным шагом я подошел к напарникам и перевел дух. Заставил меня этот раунд понервничать, чего уж греха таить. С каждой новой ступенью противники оказываются всё серьезнее, а я уже не кажусь себе явным фаворитом на победу. У каждого, кто забирается так далеко, есть свои козыря в рукаве, и они отнюдь не безобидные.

Плавное течение мыслей и тишину вокруг прервал уже привычный перезвон оповещения. Глаза еще только успели въесться в текст, как мой клинок рассек воздух, и голова Марка покатилась по земле. Гном лишь начал распахивать глаза в немом удивлении, как острие меча вонзается в тонкую смотровую полоску на его шлеме и с хрустом ломаемых костей пронзает мозг.

Медленно задрав голову вверх, я еле удержал в себе мат.

— Отличная подстава, — ровно произнес я, хоть внутри и клокотала злость.