— Вот тебе и квестик, — прохрипел я, стараясь игнорировать шепот.
Он так и не пропал полностью, хотя с каждым мгновением затихал всё сильней, постепенно выветриваясь из мыслей. Ощущения после всего этого были весьма неприятны. Подобное воздействие на разум, когда ты даже не можешь понять, что происходит, выбивает землю из-под ног. Я ведь даже не сомневался, когда шел по туннелю и если бы не боль от вывихнутой ступни, то хрен его знает, как бы всё закончилось. Не уверен, что граната пришлась кстати, но горевать о её потери я точно не буду.
Пока приходил в себя, пока переваривал произошедшее, вокруг было всё так же тихо. Лишь журчание воды нарушало эту идиллию, да моё тяжелое дыхание. Скелет охотника всё так же лежал прибитый мечами ко дну, и белый цвет его костей гармонично вписывался в окружение. Смотря на него, я невольно сплюнул, осознав, что пил воду, в которой совсем недавно лежало разлагающееся тело. Было сложно представить, что способно так быстро обглодать кости, но зная измененную фауну, я уже ничему не удивлялся.
С трудом поднявшись на ноги и отбросив неприятную слабость, я Прыжком перебрался на другую сторону ручья. В голове слегка гудело, пальцы рук тряслись, словно у алкоголика, а туман в мыслях намекал на сильный ментальный удар. Другого объяснения по поводу самочувствия у меня банально не было. Хорошо, хоть жив ушел, и то ладно.
Дальнейший путь прошел спокойно и без всяких неприятностей. Уже добравшись до остова избушки, я полностью пришел в себя и избавился от неприятных ощущений. Факелы всё так же горели, тьма перестала давить на нервы, а лес снова стал просто лесом. Вернулись звуки жизни, глаза отмечали суету бурундуков и звуки ночных птиц. Под ногами в огромном количестве попадались грибы, разбавляемые целыми зарослями брусники. Появилось желание нагрянуть сюда с парой ведер и осчастливить себя спокойными часами по сбору всех этих богатств.
Так я и добрался до деревни, периодически возвращаясь мыслями к пещере и словам охотника. Это «что-то», что уже здесь, не может быть белым и пушистым. Изменения человека в одержимого, Кристалл тьмы и сильное воздействие на разум. С этим определенно надо будет что-то делать, и я очень надеюсь, что жители деревни разберутся сами.
Уже выходя на свет от костров, я встретил несколько дежуривших в охранении. На меня они смотрели с надеждой, но увидев молчаливое покачивание головой, только на мгновение прикрыли глаза. На воротах уже не было Волта, а стояли мало знакомые люди. После быстрой проверки, меня попросили сразу же зайти к старосте, ну а я не стал тянуть. Быстрым шагом дошел до места, зашел внутрь и сразу же направился за свой привычный столик. Зная о моей любви к нему, Барт всегда держал его свободным. Вот и сейчас, как только я опустился на стул, возле меня, словно по волшебству, появилась дочурка старосты и поставила на стол большую кружку с теплым взваром. Мимолетная улыбка, которая увяла, глядя на мою хмурую физиономию, и девушка скрылась на кухне. Сам староста появился минуты через три. Он вытирал мокрые руки о белоснежный фартук, что-то втолковывая девчонке. Та слушала его внимательно, но, по глазам было видно, что витает она где-то не здесь.
— Не нравится мне твой взгляд, Серый, — тяжело вздохнул старик.
Он опустился за стол напротив меня, задержал на мгновение дыхание и твердо кивнул. Я не стал оттягивать неприятный момент и вывалил на него всё, с чем успел столкнуться. Староста внимательно слушал, изредка задавая уточняющие вопросы. По глазам я прекрасно видел, что эти новости даются ему нелегко. Руки, сцепленные в замок, твердый взгляд и медленное, еле заметное покачивание головой, словно нервный тик.