— Не стрелять, — бросил я в рацию, используя прыжок вперед Макса. — Костя, сферу на нас!
Ощутив вокруг себя шар Грависферы, я использовал Стяжку и стянул сразу пять тварей. В эту кучу полетела Молния и еще одно копьё. Арбалет уже оказался в руке и вместе с ним я активировал Стрелы злобы. Благодаря замедлению я смог четко выбить всех попавшихся одержимых, чьи головы лопались, словно переспелые фрукты. Буквально через секунду из пола вырвался каменный шип и, пробив одержимого насквозь, помог мне лишить головы и эту тварь. Макс в это время сдерживал нападение сразу тройки тварей. Он ловко орудовал молотом и удары его отбойника с хрустом крушили кости. Твари кружили вокруг него, словно волки. Взмах когтистой рукой, скрежет по доспеху и отпрыг назад, чтобы позволить напасть следующему одержимому.
Свист воздушных игл от Иры и полетевший следом огнешар снес одного из одержимых, позволив Максу мощным ударом отбросить второго. Я выхватил клинок и скользящим движением оказался возле третьего. Тварь отпрыгнула к стене и, оттолкнувшись от неё, длинным прыжком ушла на потолок. Длинная очередь на пол рожка со стороны Кости прошила одержимого насквозь и тот хоть и не получил серьезного ущерба, свалился на пол, прямо под удар Макса. Мощный удар отбойника пришелся на крестец твари, а выстрел из арбалета последней Стрелой закончил начатое. Больше в прямой видимости не было тварей, а резко наступившая тишина, показалась оглушающей. Мы все замерли, каждый на своём месте и только свет от фонарей скользил по коридору.
Глава 6. Что таит в себе тьма?
— Пока не вижу никаких трудностей, — тихо произнес Макс спустя десяток секунд тишины. — Не хочется верить в нашу имбовость, но как-то легко.
— Про легкость будешь говорить, когда мы вернемся на поверхность, — одернула его Ира. — Так-то еще ничего не закончено.
— Двигаем дальше, — кивнул я. — Неизвестно, сколько еще спускаться придется.
— Какие вы скучные, — тяжело вздохнул Макс. — Насладиться моментом не даете.
Дождавшись пока растворятся тела одержимых, мы собрали с них небольшую груду хлама и только после этого пошли дальше. Макс медленно продвигался вперед, а я, имея в наличии аурное зрение, проверял каждое боковое помещение. Благо были они небольшими и в основном пустовали. Лишь в паре довольно крупных, я нашел голые костяки и следы борьбы.
Примерно через сотню метров Максу вновь пришлось поработать молотом. Снова одержимые, но в этот раз практически безвредные и медлительные, словно зомби. Да, их были десятки, но танк расправлялся с ним с такой легкостью, будто это были обычные комары. Взмах, удар, хлюп и одержимый падает на пол, имея вместо головы неаппетитное месиво.
И всё бы ничего, да только чем дальше мы продвигались, тем большее влияние имела тьма. С каждым последующим метром свет от фонарей становился всё тусклее, а неприятное ощущение, будто за тобой следят из каждого угла, только усиливалось. Нам приходилось проверять каждое отдельное помещение, чтобы не оставить в тылу какую-нибудь затаившуюся тварь. Это выматывало не только физически, но и подтачивало самообладание. Темные коридоры, темные комнаты и зачастую попадающиеся обглоданные людские останки. К тому же свою роль играло еще и осознание того, что мы находимся в десятках метров под землей и случись что, выбраться так просто, не получится.
После этого уровня, который так и не принес никаких осложнений, перед нами вновь оказалась лестница. Здесь она была заметно меньше и спускалась на два этажа, не больше. Мы спокойно спустились, немного передохнули посреди небольшого помещения и двинулись дальше. Вновь коридор, вновь темнота и давящие стены.
Когда на краю слышимости до меня донеслась человеческая речь, я даже не понял, что это не мои мысли. Замерев на месте и покрутив головой, я заработал непонимающие взгляды от остальных членов отряда и нахмурился.
— Голоса не слышите? — тихо спросил я, и живой голос заметно отличался от того, что слышал я.
— Черт, Серый, — начал, было, Макс, но замер прислушиваясь. — Голосов не слышу, но фон какой-то идет.
— Это от тишины, — произнесла Ира. — Звон.