Миша с кем-то активно переписывался, но недовольства в его взгляде я не видел. Скорее даже наоборот чувствовалось легкое нетерпение и азарт, что ли.
— На элитку вышли, — поймав мой взгляд, пояснил он. — Волчья стая с вожаком.
— Считай они в приоритете, — кивнул я. — Нужно убедиться насчет свитков воскрешения.
— Сделаем, — кивнул некромаг, снова погрузившись в переписку.
Когда к нам зашел Паша, а за ним и генерал, я сначала вовсе подумал, что с ними кто-то еще. Ибо тот старик, который шел за Клименковым, на генерала не тянул. Только когда хорошо присмотрелся, с удивлением обнаружил, что да, это и есть генерал-майор Глушин Виктор Анатольевич. Только вот не было больше в этом человеке того стержня и той ауры, что я видел при нашем личном общении. Сейчас это просто уставший старик, причем со сломленным взглядом карих глаз. Осунувшийся и небритый, он представлял собой жалкое зрелище.
— Здравствуйте, — произнес он тихо и как-то потерянно что ли.
Нестройные приветствия понеслись следом, тогда, как я лишь переводил взгляд с Клименкова на генерала и обратно. Паша моё удивление заметил, но проигнорировал. Лишь сморщился ненароком, но тут же взял себя в руки.
— Виктор Анатольевич, — начал я сразу, — не расскажите нам, что у вас произошло?
— Я не знаю, — произнес он тихо и замер на месте, вжав голову в плечи. — Помню только два красных огня, шершавую веревку и боль в шее.
Сказать, что каждый из нас находился в шоке, это ничего не сказать.
— Можно мне назад? — робея, выдавил он. — Там тихо и спокойно.
Я лишь нелепо хлопал глазами, не в силах выдавить хоть что-то.
— Ты прости меня, сынок, — перевел генерал взгляд прямо на меня. — Это ведь я сказал «Витязям», где вас искать. Не знал, что они столько боли принесут.
Вот здесь разум у меня отключился. Секунда, другая, пока эти слова доносились до сознания, а после всё потемнело. Когда зрение вернулось, я уже стоял над телом старика, сжимая его сердце в своей руке. Он был мертв, а я слышал лишь звон в ушах и словно в замедленной съёмке видел, как Клименков шарахается назад.
— Свиток жалко, — обронил я, на удивление спокойно.
С небольшим усилием сжимаю ладонь, давя сердце в фарш, после чего иду на улицу. Здесь прохладный ветер принес в лицо горсть снега, что немного отрезвило. Сев прямо на ступеньку, облокотился о перила и уставился на крутящийся ветряк. Расслабленность и тихое сожаление внутри.
Мыслей относительно того, что стало с военным, не было никаких. Сомневаюсь, что что-то могло сломить его настолько сильно. Тогда что? Почему он превратился в это? И почему Клименкову никто не отвечает через чат?
— Всё страннее и страннее, — пробормотал я, окончательно приходя в себя.
Собрав в руки снег, принялся вытирать с них кровь. На этом меня и застал Макс. Он вышел из штаба, прислонился о стену около двери и просто наблюдал за моими действиями.
— Надо к ним ехать, — озвучил он мои мысли. — Понаблюдать со стороны, по частотам побегать. Может языка взять. Но ехать определенно надо.
— Надо — согласился я, с тяжелым вздохом. — Давай только разберёмся со всем тем, что привезли, да после уже прокатимся.
На том и порешали. Тело генерала сжигал Клименков. Как-то там получилось, что о нем больше не говорили вообще. Словно не было его воскрешения и инцидента с вырыванием сердца. Об этом все забыли и больше к этому моменту никогда не возвращались.
Разбор трофеев растянулся на несколько часов. Крупа, макароны, и другие продукты, которым Женька был несказанно рад, разбирали практически в первую очередь. Как только начали, встал вопрос о переносе это в склад, но я тут же всех прервал. Место для выбора здания таверны выбирали сообща, как, впрочем, и всех остальных. Оказалось, что строить можно поверх уже существующих строений, правда маны уходило в полтора раза больше. Эти излишки тратились на разрушение старого здания, что выглядело, словно маленькое локальное землетрясение балов этак в двадцать. Несколько секунд и вместо здания штаба мелкий щебень, поверх которого ставится ратуша. Рядом с ней, но чуть в стороне уже таверна. Местоположение для кузницы выбирал непосредственно наш Кузнец Нового мира. Саня долго не мог поверить в своё счастье и долго меня упрашивал повысить её уровень сразу на несколько пунктов. Сошлись на третьем, да и то пришлось урезать его аппетит командным рыком.
Два накопителя по миллиону единиц маны пришлись как никогда кстати. С естественной скоростью накопления слишком уж не построишь, а так бухнул я сразу всё.