Решил продолжить знакомство. Подыграл. Аж самому понравилось. Ее загадка взбудоражила воображение и охотничий инстинкт.
Но было в ней ещё что-то. Что-то неуловимое. Не смотря на смелые и довольно неприличные поступки, за маской скрывалась какая-то ранимость, чистота. Не такая, конечно, как у тех девиц, что каждый год появляются при Дворе на балах дебютанток. Нет. Наивностью Лера не страдала. Но его тянуло к ней, и он, словно влюбленный юнец, появлялся на берегу каждый день. Даже, когда она попросила не торопить. Зачем? Понял несколько позже, а тогда в голове не укладывалось: девушка явно отвечает взаимностью, зачем тянуть? И отказать не мог. За неделю знакомства почувствовал, что увяз по уши. Ему нравилось в ней все. Нравилось просто лежать с ней на берегу, беззаботно болтая; или плавать в реке наперегонки; целоваться до ноющей боли в определенной области; гладить длинные волнистые волосы, зарываясь в них лицом и вдыхая дурманящий аромат.
Единственное, что настораживало – ее неадекватное отношение к императору, оно пару раз проскальзывало в разговоре.
А потом она, наконец, позволила большее. Он бы и сам настоял, потому что круглосуточно находиться в состоянии возбуждения, не очень хорошо влияет на здоровье, на настроение, да и вообще на работоспособность. Он совсем забыл, зачем приехал сюда. К маркизе так и не подобрался.
Тот вечер преподнёс сразу несколько сюрпризов. Нет, даже не так. Сюрприз – слишком мягко сказано.
Лера оказалась невинной девицей, которой зачем-то понадобилось избавиться от этой своей особенности. Он едва не ошалел, когда наткнулся на преграду, которой, по всем показаниям, быть не должно было уже давно. Он первый и единственный. Почти физически ощутил, как его затягивает глубже в омут страсти. Ко всем чувствам, что бушевали в груди, добавился дикий собственнический инстинкт. Никуда не отпустит, заберет с собой, сделает любимой фавориткой.
Второй неожиданностью оказалась татуировка. Дракон на плече. Его снова вышибло из только что обретенного спокойствия и удовлетворения. К тому же, недопонимание вызывало ее легкомысленное отношение ко всему происходящему.
И наконец, как апофеоз – новость: она и не Лера вовсе, а Аллерия виль Офлерон. Как? Он, император, одновременно глава Разведки. Как он упустил ее из виду? То чудо, что появлялось в столице – всего лишь маскарад? А ведь ему говорили люди, имевшие дела с Офлером, что герцогством правит маркиза, он отмахивался и не верил. Ее тетка – да, но не то чудо, от которого он шарахался, как от чумной.
На то, чтобы все осознать, ушло некоторое время. Потом, когда отвез домой, после длинной ночи. А она была действительно длинной. Те мысли, что ловил от девушки, подливали масла в огонь его желания. Взять хотя бы ее любопытство по поводу возможности повторения их близости. Она не поняла, что ее читают. Думала, сама оговорилась. Ему нравилось над ней подшучивать. Реакция такая искренняя, такая чистая.
И все бы хорошо, но естественно не обошлось без ложки грязи в бочке меда. Лера ненавидела его. То есть его, как Эльданира. А к Эйниру начинала испытывать что-то большее. И как разрешать эту проблему? Признаться? Не вариант. Сбежит и больше не увидит ее никогда. Делать фавориткой? Как? Этот выход тоже невозможен.
Жениться. Как и настаивал Советник по внешней политике. Но для начала он собирался убедиться, что маркиза не имеет ничего общего с Темным Царством.
Повезло. Он узнал это вскоре. Провожал девушку домой, по пути напоролись на отряд. Эльданир сразу узнал его. Старший советник Темного Повелителя. Разумеется под чужим именем. Но кому как не императору знать врагов в лицо.
И его Лера знакома с этим человеком! Одним из приемов магии Иллюзий является заклинание отвода глаз. Практически моментально сориентировался и применил. Никто не исключает, что советнику известен Эйнир.