Похоже на бред, знаю. Если бы кто-то из знакомых сказал мне такое раньше, я бы дала ему координаты очень хорошего специалиста. Но то на Земле, а здесь... Я уже поняла, что этот мир совсем не прост и здесь возможны такие вещи, которые я считала однозначным вымыслом в своей прошлой жизни.
Чуть сбоку от водопада была небольшая скальная площадка, которая как раз подходила для моей затеи. Вода в том месте падала не так интенсивно, и я устремилась туда.
Забраться получилось легко. Удобные ступени, не рукотворные, а словно сделанные самой природой, помогли мне. Забравшись, встала под тёплые струи и в памяти тут же, словно только и ожидая этого момента, всплыли далекие воспоминания...
Вернувшись из больницы после случившегося, я не плакала и не билась в истерике, я замкнулась в себе, отрешившись от внешнего мира. Не реагировала ни на что. Всё время лежала на своей кровати отвернувшись к стене. Я бы и в столовую не ходила, если бы не мама Оля. Она пыталась пробиться в мой травмированный разум, пыталась растормошить, вернуть к жизни. Водила меня в столовую, в душ, на прогулку.
Я плохо помню то время. Лишь обрывки тусклых образов. Лица мамы Оли и нашего детдомовского психолога тети Светы... Шепотки остальных детей за спиной... Шлюха!... Дети жестоки. Им всё равно кто виноват. Им всё равно, что ты отбивалась. Что их было двое и они были старше, а ты одна и напугана до ужаса. Мне было всё безразлично. Я не реагировала. И тогда мама Оля забрала меня на выходные домой. Этот момент я почему-то запомнила отчётливо. Она посадила меня в ванну и, омывая водой из ковша, стала говорить...
-Вода смоет всё девочка... и всю грязь и всю боль… исцелит душу… вылечит сердце… вернет покой...
Ее губы шептали и шептали незнакомые слова, руки скользили по мне сверху вниз, словно смывая что-то невидимое, и, вслед за её руками, шло тепло, которое приносило облегчение. Я больше не чувствовала себя грязной. Мое сознание больше не корежило от отвращения и ужаса. Я вернулась...
Выведя меня тогда из ванной, завернутую в пушистое, махровое полотенце, она села передо мной на корточки и, взяв за плечи, заставила посмотреть ей в глаза. Выглядела мама Оля в тот момент очень плохо. Бледная, испарина на лбу, под глазами залегли темные тени и взгляд потухший.
-Запомни, что я тебе сейчас скажу Вера. В жизни нашей всякое бывает. Если когда-нибудь снова случится что-то, что уничтожит равновесие твоей души, если в сердце твоем появится холод, если тебе снова захочется убежать от мира и от себя, вспомни о воде, приди к ней, приди с открытой душой и она поможет... А теперь иди, мне нужно отдохнуть...
Тогда я снова вернулась к жизни, мама Оля действительно помогла. Но кто же знал, что жизнь не прекратит проверять меня на прочность и преподнесет сюрприз...
Вынырнув из воспоминаний, подняла голову и подставила под теплые струи лицо. Губы сами зашептали странные слова, легко, без усилий, всплывшие в памяти. Руки послушно заскользили по телу сверху вниз и знакомое тепло распространилось по коже.
Дааа.....
"Молод-е-е-е-ц" - на грани восприятия не голос, словно шепот ветра...
Вскинула голову и огляделась по сторонам. Никого... Показалось?
Поблаженствовала ещё пару минут и, осторожно спустившись с площадки, решительно двинулась вплавь к берегу. Пришла пора снова взять жизнь в свои руки и разобраться, наконец, куда меня занесло.
Выбравшись на берег, наклонилась и зачерпнула рукой горсть аквамариновых камешков. Не знаю зачем… На память?
Вздохнула глубоко в последний раз целительный воздух этого волшебного места и решительно шагнула в появившийся, словно специально для меня, проем между колючими зарослями... И резко замерла!
Свободное от какой бы то ни было растительности, пространство заканчивалось метрах в пяти-шести и начинался привычный корявый, серый лес. А на его границе меня уже поджидали... два весьма взволнованных субъекта очень сексуальной наружности. С обнаженными, мускулистыми торсами, взъерошенные, босоногие. В одних кожаных, видно наспех натянутых, штанах на узких бедрах. Почему наспех натянутых? Так завязки эти их, пуговицы с молнией заменяющие, распущенными болтались. Видно очень торопились меня догнать... Тела напряженные, взгляды настороженные и смотрят, как будто ожидают, что я в любое мгновение снова в бега пущусь.