Он добрался до алтаря в три широких шага и встал на колени, чтобы ухватить меня за плечи:
– Как ты себя чувствуешь?
– Уставшей. Но… и отдохнувшей тоже.
– А оджиджи? – спросил он осторожно. – Ты все еще… видишь их? Слышишь голоса?
Я покачала головой.
– Не знаю, что происходило со мной раньше. Но это место… прочистило мне голову. – Щеки обдало жаром. После месяцев полного молчания присутствие Санджита все еще казалось сюрреалистичным – особенно здесь, среди тумана и радужных отсветов. – Джит, что происходит? И, гм, почему мы не одеты?
Е Юн подавила смешок, подхватила на руки Ай Ри и молча скрылась в одном из туннелей.
Санджит моргнул, взглянув на свою волосатую мускулистую грудь.
– А, это. Жрецы не позволяют приходить в источники в обычной одежде. Говорят, она оскверняет воду. – Он закусил губу, встревоженно меня оглядев. – Я так рад, что ты в порядке! Обещаю, я все объясню, но… – Он посмотрел на небо, которое быстро темнело до цвета индиго. – Ты должна искупаться в источниках до заката. Это часть лечения. Я тебя понесу. – Он пожал плечами, смутившись. – Я носил тебя туда каждый вечер.
Я застенчиво кивнула и обняла его за шею. Он поднял меня с алтаря. Пруд становился все глубже, пока он нес меня: горячая вода плескалась о кожу. Когда он поставил меня, мои ноги едва касались дна. Под водой его руки легли мне на талию, позволяя сохранять равновесие.
– Вот так.
Он вздохнул. Вокруг нас поднимался пар. Тяжело сглотнув, Санджит притянул меня ближе, упершись подбородком мне в макушку.
– Я уже начал думать, что лечение не работает. Если бы ты проспала еще день, Дайо бы вызвал из Сонгланда Киру. Хотя, наверное, она все равно уже на пути сюда: новости о твоей болезни быстро распространились. Прямо сейчас вся империя жжет благовония, молясь о твоем выздоровлении.
Он был так близко, что я чувствовала лихорадочное биение его сердца.
– Джит… что произошло в крепости?
Он тяжело вздохнул.
– Что ж. Хорошая новость в том, что, хотя смена власти прошла довольно кроваво, бунт в Джибанти был на удивление хорошо организован. Простолюдины захватили управление королевством и выбрали вождей среди своих, чтобы распределить земли и выполнить требования людей. Если вы с Дайо признаете их новое правительство, то, полагаю, уже через несколько месяцев Джибанти продолжит торговать с другими королевствами.
– А плохая новость?
– Дворяне Джибанти – сообщники бывших полководцев – бежали в Олуон и требуют поддержки от короны.
Я удивленно распахнула глаза:
– С чего это вдруг они ждут от нас помощи после того, как Имперская Гвардия защитила простолюдинов? Я думала, благородные будут в ярости.
– Нет… об этом благородные не в курсе. – Вздохнув, Санджит отпустил меня, проведя мокрой ладонью по своим волосам. – По крайней мере, пока что. Мы были одеты в гражданское. Я хотел убедиться, что нас не узнают, раз уж технически мы нарушили имперский закон.
Он был прав. Помазанники не должны вмешиваться во внутренние конфликты королевств – это входило в обязанности вассальных правителей. Имперский Совет правил на более масштабном уровне: регулировал мир и торговлю между королевствами и проводил заседания суда по наиболее важным вопросам.
Я подняла брови. С каких пор Санджит занимался скрытными миссиями от имени простолюдинов?
– Нужно многое объяснить, – пробормотал он.
– Похоже на то. – Я улыбнулась, заинтригованная.
– Это долгая история. И я в ней – не герой. Может, когда ты достаточно восстановишься…
– Мои уши уже восстановились.
Поколебавшись, он кивнул. Выглядел он задумчивым и мрачным.
– Когда я покинул Ан-Илайобу после нашей ссоры, то какое-то время бродил по Дирме. Как ты знаешь, найти алагбато не так-то просто. Я платил шаманам-шарлатанам, разбивал лагерь в дикой местности, ожидая появления духов… Монотонность утомляла, но мне это нравилось. Днем я вел поиски, ночью пил. Видел тебя во сне, если мне везло. Я планировал жить так до тех пор, пока ты не вернешься из Подземного мира. А если бы ты никогда не вернулась, что ж… алагбато никуда не денутся, думал я. Как и вино.
Он натянуто улыбнулся, словно презирая самого себя за такие мысли.
– Я велел себе довольствоваться этим. В конце концов, именно это я советовал сделать тебе. У меня был дом, в который я мог вернуться, и семья – Дайо, наш Совет. Все, кого я люблю, были в безопасности и ни в чем не нуждались. За исключением тебя, разумеется. И… – Напрягшись, он снова нервно провел рукой по волосам. – Я задумался о своем брате. Я не связывался с Сендилом много лет. Признаться, я попросту боялся. Но теперь я отыскал его. Я ждал, что найду его в каком-нибудь роскошном особняке во Враипуре, где он бы силой прокладывал себе дорогу на верхушку дирмийского светского общества. В конце концов, его Дар позволяет чувствовать чужие душевные слабости, и у него имелось достаточно денег: Имперская казна заботится о родственниках Помазанников. Но когда я нашел его…